Онлайн книга «Адский прииск»
|
— Именно сейчас? — Да. Начальство с глузду съехало, посылает меня в Якутию почитай что до Рождества. Мелкая месть мелких людей. — И никак нельзя повременить, а еще лучше отменить? — Ольга! Ты же давно поняла, что значит быть моей женой. Терпи. — Значит, нельзя… Лыкова-Оконишникова едва не всхлипнула, но сдержалась. — Когда ты едешь? — Неделю на сборы мне дадут. Мы успеем обсудить, что тебе делать. Слушайся барона Таубе. Он человек военный и лучше всех знает, как себя надо теперь вести. Но кое-что сообщу тебе и я. Запоминай. Супруга вынула из бюро блокнот и карандаш и сделала послушное лицо. — Всю золотую монету, что есть в доме, собери и спрячь. Отныне мы пользуемся только банкнотами. — Но… — Почему? Золото станут потихоньку изымать из обращения. Кто? Правительство. Зачем? Это стратегический материал, он понадобится для закупок за границей необходимых оружия, огнеприпасов и прочих предметов. — Поняла, – кивнула Ольга Дмитриевна и записала. — Далее. Я завтра оберну пятьдесят тысяч со своего счета в золото и положу в безопасный ящик[11]. — Так много? Ты считаешь, что война продлится долго? Больше года? Статский советник мрачно ответил: — Тебе лучше не знать, чего я жду от этой войны. Но она будет долгой. Лыкова-Оконишникова сморщилась, а супруг продолжил: — Русская армия к ней не готова. Как горько острят мои друзья военные, это ее перманентное свойство. Биться с хорошо организованной германской машиной – занятие тяжелое. Убьют много людей. — Но тебя ведь не призовут? — Нет, я слишком старый для этого. Потом, из общей полиции по мобилизационным планам заберут примерно каждого десятого. А из сыскной – никого. Даже наши низколобые вожди понимают, что кто-то должен ловить преступников. — А Павел и Николай? – продолжила уточнять жена. — Они офицеры, их место в строю. Однако специфика службы сыновей такова, что в пехотную цепь командовать полуротой не пошлют. Шпионов тоже надо изымать, а еще засылать во вражеский тыл своих шпионов. Так что они сядут в штабах. Зная характеры Чунеева и Брюшкина[12], уверен, что они будут рваться в боевые операции. Нам остается лишь молиться за них… Ольга Дмитриевна уткнула карандаш в бумагу: — Что еще? — Рубль примется худеть, но не сразу, а постепенно. Нужно ввести экономию. Начни записывать свои расходы и смотреть, что там лишнее и где можно найти то же самое, но дешевле. Далее. Я слышал в Министерстве финансов, что с объявлением кампании в стране могут ввести временный запрет на продажу алкоголя… — Вот давно бы так, а то ты прикладываешься к рюмке каждый день! Сыщик пропустил слова жены мимо ушей: — …поэтому надо запасти бутылок десять, а лучше двадцать… нет, тридцать крепкого. Я сам займусь этим завтра. Продолжаю… Когда в столицу привезут с позиций первых раненых, тут наверняка общественные силы откроют свои госпитали. Земство, Красный Крест, может быть даже частные лица со средствами. Ты не удержишься и запишешься туда сестрой милосердия… — Непременно! – опять вставила жена. — Поэтому можешь заранее обновить свои знания, пройти курсы или что там у вас. Скоро пригодится. Ольга Дмитриевна записала и это. Лыков вдруг решил: — А поехали прямо сейчас к Таубе. Он и она умные люди и многое дополнят к моим словам. Такое время наступает, что надо держаться вместе. |