Книга Женщины — серийные убийцы: как и почему они становятся монстрами, страница 269 – Питер Вронский

Касабиан плохо понимала, что происходило в доме, пока она караулила на улице, спрятавшись в кустах. До нее долетали крики и звуки потасовки. В какой-то момент она увидела, как из дома, истошно крича и истекая кровью, выскочил Войцех Фриковски. За ним гнались Сьюзен Аткинс и Текс, размахивая ножами и нанося ему удары. Вцепившись в садовый фонарный столб, Фриковски пытался устоять на ногах, словно раненый зверь, окруженный стаей, готовой его разорвать. В конце концов он рухнул на траву – с двумя огнестрельными ранами, пятьдесят одним ножевым ранением и тринадцатью травмами головы, нанесенными тупым предметом.

Когда Касабиан увидела, как из особняка выбегает Эбигейл Фолджер в белой прозрачной ночной рубашке, облепившей тело и залитой чем-то красным, а за ней с ножом несется Кренуинкел и зверски добивает ее на траве, Линда поняла, что с нее хватит. Она побежала к воротам поместья, спустилась по Сьело-драйв и села в машину. Через десять минут она увидела, как вниз по дороге, словно зомби, бредут Текс, Аткинс и Кренуинкел в насквозь промокшей темной одежде, а их лица и руки забрызганы кровью.

Следующей ночью Чарли, Текс и Кренуинкел отправились в дом к Лено и Розмари Ла-Бьянка. С ними поехала девятнадцатилетняя Лесли Ван Хаутен, тоже член «Семьи». Еще один «идеальный» ребенок из пресвитерианской семьи, в детстве Лесли была «синей птицей», «хранительницей костра»[61] и членом религиозной женской организации «Дочери Иова». У нее был старший брат. Когда ей исполнилось семь, родители усыновили двух корейских сирот.

И, опять-таки, хотя семья считалась религиозной и со стороны казалась идеальной, на самом деле отец Лесли злоупотреблял алкоголем. Брак трещал по швам. Лесли было четырнадцать, когда родители развелись.

Училась Лесли хорошо, в школе всегда была на виду. В выпускном классе ее избрали королевой выпускного бала. Но она вела двойную жизнь. Курила марихуану, что в те времена дети из семей среднего класса позволяли себе нечасто. Забеременела и сделала аборт.

Ван Хаутен окончила бизнес-школу, но поисками работы себя не утруждала. Ее занесло в Сан-Франциско, где она закрутила роман с красавчиком Бобби Босолеем, которого андеграундный режиссер Кеннет Энгер снял в фильме «Восхождение Люцифера» (Lucifer Rising). Босолей общался с Мэнсоном и постепенно сближался с «Семьей». Когда Чарли окончательно принял его под свое крыло, он привел с собой и Лесли Ван Хаутен.

Лесли казалось, что Мэнсон ее игнорирует, он даже не придумал ей прозвище, как другим девушкам. Более того, он решил, что она будет спать с Уотсоном, и это ее еще больше расстроило. Когда она услышала, как девушки, вернувшись со Сьело-драйв, рассказывают о совершенных ими убийствах, она решила, что при первой же возможности тоже должна пойти с ними и доказать Мэнсону свою преданность. Уже на следующий вечер ей выпал такой шанс.

Сначала Мэнсон сам проник в дом Ла-Бьянки и, угрожая оружием, сломил сопротивление Розмари и Лено и связал их. После чего ушел, отдав их на милость Чарльза Уотсона, Патрисии Кренуинкел и Лесли Ван Хаутен, которые первым делом расправились с Лено, а затем накинули на шею Розмари электрический провод. Уотсон и Кренуинкел нанесли ей множество ножевых ранений, после чего Ван Хаутен закрыла ей лицо подушкой и навалилась сверху, прижимая к полу. Лесли помогала избавляться от улик в доме и наносить на стены и холодильник «зловещие» надписи. И Чарли наконец-то дал ей уменьшительное имя – Лулу.