Книга Гейне. Двойная игра, страница 117 – Анатолий Леонов

— Павел Анатольевич, десять дней держать их на свободе считаю нецелесообразным. — Маклярский задернул шторку окна автомобиля и выжидательно посмотрел на начальника.

— Ты, Михаил Борисович, прямо как Берия. Тот мне вчера весь вечер шею мылил: «Смотри, головой отвечаешь. Если группа устроит в Москве диверсию или теракт, не сносить головы!» Теперь ты еще. — Судоплатов коснулся плеча водителя: — Поехали, Сережа.

— Куда, Павел Анатольевич?

— Куда? Домой, конечно, на работу!

Машина резко тронулась с места и проехала мимо диверсантов, которые даже не посмотрели в ее сторону.

— Я, Михаил Борисович, думаю, что десять дней — тот срок, который нас устроит. Немцы успокоятся. Мы проверим их явки и узнаем, не имеют ли они связей еще с кем-то кроме «Престола». Десять дней — в самый раз, — повторил он убежденно.

Через десять дней их тихо взяли на конспиративной квартире. Станкевич не сопротивлялся. Кажется, он вообще был рад случившемуся. А вот Шакулов попытался бежать, а когда понял, что бежать некуда, принял «яд» — к общему неудовольствию оперативников, везших его после этого на Лубянку.

Сразу после этого началась сложная вербовочная работа. Станкевич легко пошел на контакт, признавшись, что дал согласие на учебу в немецкой разведшколе, думая, что сможет таким образом вернуться на родину. Однако, оказавшись в Москве, с повинной не пошел, боясь Шакулова, являвшегося в их команде главным. Шакулов, в свою очередь, на допросах юлил и всячески изворачивался, так и не заслужив в конечном счете доверия к себе.

Через неделю после ареста группы Гейне передал в «Сатурн»: «Курьеры определяются в Москве. Станкевич с моей помощью скоро выйдет в эфир. А Шакулов пьянствует и ведет себя крайне неосторожно. Под угрозой работа "Престола"».

Ответ из «Сатурна» пришел незамедлительно. Это был короткий приказ «Максу»: «Шакулова тихо уничтожить. Станкевича активно привлекать к работе. Новая рация будет в скором времени переправлена Максу очередным курьером». Так в операции «Монастырь» появился второй радист!

Эта история, впрочем, имела для Гейне и другую, весьма неприятную сторону. На следующий день после ареста курьеров служба наружного наблюдения донесла о появлении двух неизвестных наблюдателей. Кто эти люди, было совершенно непонятно, но вели они себя вполне профессионально.

Вся операция могла оказаться под угрозой, поэтому решено было их брать как можно скорее. Одного из них по-тихому взяли через канализационный люк. Второму с лесов уронили на голову мешок строительного мусора и поспешно «госпитализировали» на стоящей рядом карете скорой помощи. Каково же было удивление руководства операцией, когда выяснилось, что задержанными оказались люди начальника Особого отдела НКВД Виктора Абакумова.

Судоплатов вызвал Гейне на конспиративную квартиру.

— Что я не знаю из того, что должен знать? — спросил он, сурово сдвинув брови. — Почему за тобой следят люди Абакумова?

Гейне с удивлением посмотрел на начальника:

— Не знаю, Павел Анатольевич. Честное слово! Я видел его всего два раза в жизни.

Голос Гейне звучал убедительно, но что-то в его взгляде Судоплатову не понравилось.

— В жизни нет места случайности. Судьба — это не то, что ждут, а то, что творят. Рассказывай, где наследил?

— Чего рассказывать? — угрюмо насупился Гейне — Это давно было. Мы с Таней тогда в Большой на «Дон Кихота» пошли.