Книга Как мы нагибали галактику, страница 150 – Бандильерос

— Это… странно… следует изучить… — пропищал главный архимагос, — необычный опыт.

— Это стандартные условия в федерации. И мы таким образом прожили не одну тысячу лет, поменьше, чем империум — но мы развивались и колонизировали галактику, а не пытались выжить. Возможно, для империума это слишком роскошные условия.

— Согласно моим данным, условия службы нижних палуб соответствуют условиям офицеров высокого ранга на кораблях империума.

— И даже немного превосходят. Благодаря нейроинтерфейсу, объединённому виртуальным интеллектом — вся команда корабля, от капитана до последнего матроса может действовать как единый механизм и мгновенно реагировать на изменяющиеся условия. Скорость принятия решений и выдачи управляющих задач для всех членов экипажа — меньше трёх секунд. При этом, рабочие могут использовать и дроны, управляя ими напрямую через нейрокортикальный интерфейс, и силовые костюмы — а так же механоидов более крупных, чтобы выполнять тяжёлые работы и напрямую управлять более чем двухстами видами техники и системами корабля. Это значительно ускоряет работу и уменьшает более чем втрое нагрузку на человека.

— Роскошь.

— Эффективность. Кортана, покажи товарищам магосам записи боя на орбите Армаггедона. А вы посмотрите, что способен выдать корабль, который управляется ВИ и экипажем, имеющим непосредственное управление через него.

Чтобы посмотреть записи — ушло ещё минут пятнадцать. А мы пока летели на гравиплатформе в сторону мостика — корабль разнёс превосходящие силы противника, используя практически молниеносную реакцию на угрозы и невероятную маневренность.

— «Хрен Попадёшь» — это самый быстрый в открытом космосе корабль, способный обогнать любое судно ксеносов и империума — при этом попасть по нему — практически невозможно. Разве что в упор в силовые щиты.

* * *

Крепость-монастырь ордена космических волков.

— Гуньяр, твою мать, ты где там застрял? — кричал рунный жрец на своего молодого брата.

— Сейчас, тащу.

В крепости-монастыре по традиции оставалась одна рота космодесанта — все остальные девять сотен братьев — выполняли свой долг перед империумом. Древнейши и от того самый уважаемый орден — получил астропатическое сообщение, что к ним летит с визитом Святой со свитой сороритас.

Космические волки расхохотались, и начали наперебой предлагать — как его встретить. Они знали, что из себя представляют святые! И хотя они уважали Императора и его посланников — набожными они не были вообще, а заслужить их уважение — труднее, чем обзавестись парой крылышек. Орден астартес, словно сошедший из древних легенд о викингах — был свободолюбивым и своеобразным — в отличие от других, аскетичных, орденов — космические волки любили славную выпивку, добрую драку и охоту — причём общались в ордене по-настоящему как братья, а не как болванчики.

— Гуньяр, сука такая, ты где там?

Гуньяр уже выходил на посадочную площадку, в руках он тащил бочку Мьода — уникального напитка космических волков, который мог свалить даже космодесантника. Выпить они любили, даже очень.

— А бочка зачем?

— Не буду же я в кружке сюда мьод нести? — сказал Гуньяр, — во, вон он летит.

Космические десантники выстроились — в количестве одного отделения, для встречи важных гостей. Сияющий бело-золотой шаттл красиво приземлился перед ними на посадочной площадке. Ледяные ветра Фенриса трепали шкуры волков на плечах космических десантниках, они смотрели, как открывается аппарель, и из неё выходит сначала кардинал в высокой кардинальской шапке. Космические волки не были особо набожными, но знали, как надо поступать. Кардинал пел песнопения о пришествии святого — заунывно, отчего у Хроки зазвенело в ушах от его занудства.