Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 44 – Джон Сан

Через три минуты непрерывной долбежки в стене образовалась зияющая, неровная брешь размером с человека. Из пролома в сухой бункер мгновенно ворвался порыв ледяного, влажного ветра, несущего с собой отвратительный запах гнилой воды, сероводорода и токсичного ила.

Это был запах поверхности. Запах мертвого мира.

— Путь открыт, — констатировал Маркус, отступая в сторону и пропуская людей вперед. На его хромированном кулаке не было ни единой царапины, только серая пыль.

Эш первым шагнул в пролом, включив подствольный фонарь на максимальную мощность.

Они вышли на край гигантского, выложенного скользким черным кирпичом дренажного стока, который обрывался крутым спуском. Далеко внизу, в темноте, слабо поблескивала густая, вяло текущая жидкость.

— Это не река, — прохрипел Эш, чувствуя, как от токсичных испарений начинает резать глаза и першить в горле. Он натянул бандану на нос. — Это Темза. Вернее, то, что от нее осталось.

Река, которая когда-то была артерией великого города, превратилась в токсичный ручей на дне глубокого, изрытого кратерами ущелья. Ядерные удары испарили большую часть воды, а то, что осталось, смешалось с химикатами разрушенных заводов и радиоактивным пеплом.

— Спускаемся, — приказал Эш, оглянувшись на свой отряд. Элоди кашляла, прикрывая лицо рукавом. Берг мрачно смотрел во тьму стока. — Нам нужно идти по руслу на юг. К побережью. К Ла-Маншу.

Они начали долгий, изматывающий спуск. Грязь предательски скользила под ногами. Маркус шел впереди, легко сохраняя равновесие благодаря своим идеальным гироскопам, иногда протягивая металлическую руку, чтобы удержать поскользнувшуюся Элоди или Оксану. Каждый раз, когда Элоди касалась его холодной, безжизненной стальной конечности, она вздрагивала, не в силах побороть вбитый в подкорку ужас.

Когда они спустились на самое дно и пошли по вязкому, серому илу бывшего русла реки, небо над ними начало светлеть.

Это не был рассвет в нормальном понимании. Глубокая, черная тьма сменилась болезненными, свинцово-серыми сумерками ядерной зимы. Взвесь пепла в атмосфере рассеивала скудный свет солнца, превращая всё вокруг в монохромную, выцветшую картину.

И тогда перед ними открылся Ла-Манш.

Эш остановился, пораженный масштабом катастрофы, к которому невозможно было привыкнуть даже спустя тридцать лет.

То, что когда-то было проливом, отделяющим Британские острова от континентальной Европы, высохло. Глобальные климатические изменения, вызванные тысячами термоядерных взрывов, и смещение тектонических плит превратили пролив в гигантскую, безжизненную пустыню.

Это был инопланетный пейзаж. До самого горизонта простиралась серая, потрескавшаяся, токсичная пустошь, над которой клубился густой, едкий туман.

Но самым страшным было то, что возвышалось над этой пустошью.

Остовы.

Сотни колоссальных, ржавых скелетов. Гигантские трансатлантические паромы, завалившиеся на бок и наполовину погребенные в иле. Остовы военных фрегатов, чьи надстройки обрушились под тяжестью времени и коррозии. Огромные, почерневшие от пожаров грузовые контейнеровозы, похожие на прямоугольные гробы титанов. Между ними, как выброшенные на берег киты, лежали корпуса подводных лодок.

Этот мертвый флот простирался на десятки километров, создавая настоящий лабиринт из ржавого железа, острых углов и смертельных теней.