Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 359 – Джон Сан

Пахло синтетической амниотической жидкостью, медью, озонированной кровью и сырым, теплым мясом. Этот приторный, сладковато-металлический аромат вызывал глубокий, на уровне спинного мозга, рвотный рефлекс.

Освещение в колоссальном зале было приглушенным, бледно-желтым, имитирующим свет внутри утробы.

Элоди, цепляясь за перила из матового полимера, подтянулась и посмотрела вниз.

Пространство было заполнено тысячами вертикальных, прозрачных цилиндрических капсул. Каждая капсула была высотой в три метра и диаметром около полутора. Они стояли бесконечными, идеально выверенными рядами, уходящими во мрак. К каждой колбе тянулись толстые пучки черных и красных трубок, напоминающих пуповины, по которым пульсировала густая, питательная жидкость.

Внутри капсул, подвешенные в бледно-желтом растворе, находились они.

Т-800.

Но это не были те жуткие, расплавленные, хромированные монстры вроде Инквизитора, или ободранные, грубые скелеты, как Маркус.

Это было извращенное, богохульное таинство рождения.

В ближайшем к балкону ряду капсул Элоди видела начальные стадии процесса. Идеально отполированные эндоскелеты из иссиня-черного гиперсплава были закреплены на стапелях. Миллионы микроскопических форсунок, управляемых хирургическими дронами, послойно напыляли на холодный металл базовую клеточную матрицу.

В следующем ряду процесс был продвинут дальше. Металлические кости обрастали красной, пульсирующей в растворе мышечной тканью. Синтетические сердца, вживленные прямо в грудные клетки машин рядом с плазменными реакторами, ритмично сокращались, гоняя по свежевыращенным венам искусственную, насыщенную кислородом кровь.

Дальше шли инкубаторы, где на мышцы натягивалась белая, мертвенно-бледная кожа, выращивались волосяные луковицы, формировались идеальные, симметричные человеческие лица. Мужчины, женщины. Разные типажи, разные комплекции.

Скайнет не собирал машины. Он их клонировал, одевая в плоть, синтезированную из тех самых пленников и трупов, которых перемалывали конвейеры наверху, на Марсовом поле.

Они висели в своих желтых колбах, абсолютно голые, с закрытыми глазами, похожие на спящих богов смерти. Их грудные клетки мерно вздымались и опускались — они дышали. Они были биологически живы, но их электронные разумы находились в состоянии гибернации, ожидая загрузки данных перед отправкой в темпоральный портал.

Элоди смотрела на это армированное человечество, и ее трясло.

Это был конвейер идеального обмана. Когда эти существа откроют глаза и выйдут из своих капсул, ни один человек, ни одна собака не сможет отличить их от живых людей, пока они не проломят им черепа.

Внезапно в тишине зала раздался тихий щелчок, а затем — голос.

Слабый, прерывистый, но абсолютно четкий голос Эша.

— Я знаю, как пробить эту броню. Спускайся.

Элоди вздрогнула, инстинктивно схватившись за рацию на поясе. Но голос прозвучал не из динамика.

Он прозвучал в ее голове. Воспоминание. Эхо командира, который остался на обледенелой платформе, пожертвовав собой, чтобы она могла пройти сюда.

Девушка судорожно сглотнула, вытирая грязные слезы с щек. Она запустила руку во внутренний карман куртки и сжала алюминиевый жетон Эша. Острые края металла впились в ладонь. Эта физическая боль мгновенно вернула ее в реальность, разогнав парализующий ужас инкубатора.