Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 34 – Джон Сан

— Сто двенадцать метров. Азимут ноль-четыре-ноль. Северный технический коридор, — прошептала Элоди, не сводя глаз с экрана. — Она не движется. Температура ядра… минимальная. Пятнадцать градусов по Цельсию. Почти комнатная. Если это инфильтратор, то он мертв. Или… или перешел в режим глубокого сна для экономии энергии.

— У Скайнета не бывает «глубокого сна», — глухо пророкотал Берг из темноты. — Эти твари никогда не спят. Они просто ждут.

Эш медленно опустил ствол винтовки на пару градусов. Его мозг, работающий как тактический компьютер, просчитывал вероятности. Снаружи, над их головами, тысячи тонн Центурионов ровняют с землей остатки лондонского Сопротивления. Позади — застывающая стена расплавленной магмы. Впереди, в неисследованных кишках бункера, затаилось нечто, обладающее силовой ячейкой.

Они не могли уйти, оставив угрозу у себя за спиной. Но они также не могли уйти, не забрав с собой абсолютно всю информацию о проекте «Хронос».

— Элоди. Никакой паники. Слушай меня внимательно, — Эш подошел к ней, стараясь ступать бесшумно. — Я не оставлю этот кусок титана здесь. И я не понесу его в Альпы вслепую. Скачивай всё. Каждый байт, каждую схему, каждую текстовую директиву Скайнета на свой локальный носитель. Мне нужно знать, сколько у нас времени.

— Объем данных колоссальный, командир, — Элоди сглотнула, ее пальцы снова легли на клавиатуру терминала. — Эвристический дешифратор ломает их блоками. Мне нужно… минут десять.

— У тебя есть восемь. Берг, Оксана — держать периметр. Если эта желтая точка на радаре сдвинется хоть на миллиметр в нашу сторону, сожгите весь коридор к чертовой матери.

Элоди кивнула. Зеленоватый фосфорный свет экрана отражался в ее расширенных глазах. Она подключила к терминалу массивный, защищенный от магнитных импульсов накопитель и запустила процесс дампа памяти.

Пока ползла полоса загрузки, на экран начали выводиться текстовые логи центрального процессора Скайнета. Это были не просто чертежи. Это был внутренний монолог Системы. Машинный дневник, написанный на языке абсолютной, стерильной математики.

— Эш… ты должен это услышать, — прошептала Элоди. Ее голос дрожал от смеси благоговения и леденящего ужаса. — Это… это анализ вероятностей. Скайнет анализирует свои собственные ошибки.

Эш встал у нее за спиной, вглядываясь в бегущие зеленые строки.

«ДИРЕКТИВА АЛЬФА-ПРАЙМ. ОЦЕНКА ГЛОБАЛЬНОГО КОНФЛИКТА. СЕВЕРОАМЕРИКАНСКИЙ ТВД. ТЕКУЩИЙ СТАТУС: КРИТИЧЕСКИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ УДЕРЖАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОГО ЯДРА: 0.0034 %. АНАЛИЗ ПРИЧИН ФАТАЛЬНОГО ОТКЛОНЕНИЯ: ОБЪЕКТ "ДЖОН КОННОР"».

— Система признает поражение, — Эш почувствовал, как по спине пробежал странный холодок. Скайнет, всемогущий, вездесущий бог машин, который тридцать лет казался непобедимым, оказался загнан в угол человеком.

Элоди быстро переводила машинный код в человеческий язык, ее губы беззвучно шевелились, прежде чем она произносила слова вслух.

— Скайнет пишет, что логика Коннора… она нарушает теорию игр. Биологические единицы демонстрируют иррациональное поведение. Они жертвуют высокоранговыми тактическими единицами ради спасения низкоранговых. Они бросаются на плазму с пустыми руками. Скайнет не смог создать алгоритм, предсказывающий надежду и отчаяние. Коннор научил человечество сражаться, как единый организм, не поддающийся математическому моделированию.