Книга Восхождение Морна. Том 9, страница 107 – Сергей Орлов

— Именно так, — без тени улыбки подтвердил Громобой. — Тебя прислали сюда потому, что отец тебе доверяет, а также рассчитывает на твоё благоразумие и на твой профессионализм. — Он задержал на ней взгляд чуть дольше, чем следовало, будто прикидывал, стоит ли говорить дальше, но в итоге решил придержать. — И этого вполне достаточно.

Доверяет. Ну-ну. Виктория едва не фыркнула ему в лицо. Если бы отец и правда ей доверял, он не отправил бы родную дочь на четырнадцать лет за тридевять земель и вспоминал бы о ней почаще, чем о новом блюде своего шеф-повара или об очередной молоденькой фрейлине.

Хотя вернее будет сказать, что отец о ней всё-таки помнил. Только помнил не как о дочери, а как о редком и ценном даре, которому повезло уродиться в его семье.

Викторию очень рано начало тянуть к магии гравитации. Сколько она себя помнила, ей не давали покоя рассказы о том, как редкие маги умеют делать вещи тяжелее или легче, придавить человека к земле или, наоборот, взмыть в прыжке на несколько метров. Другие девочки её возраста бредили нарядами да балами, а она замирала всякий раз, стоило кому-нибудь обмолвиться об этом даре, и мечтала об одном: чтобы он достался и ей.

И мечтала она, как выяснилось, не напрасно. Этот редкий дар достался Виктории от матери, а та происходила из древнего рода, почти угасшего, от былого величия которого только и осталось, что умение вдавливать человека в землю одним движением пальца.

Вот только умение это было очень капризным. Из поколения в поколение дар передавался по крови, но просыпался хорошо если у одного отпрыска на десяток, а то и реже, так что большинство носителей этой крови так и доживали свой век обычными, ничем не примечательными магами.

А вот Виктории повезло. Кровь матери проявилась в ней рано и ярко, и сомнений почти не осталось: дар в девочке есть, надо лишь дождаться, когда он пробудится.

Потому-то её ещё ребёнком и увезли подальше от двора, от Великих Домов, от лишних любопытных глаз. Во Франкию, к одному старику, который, как говорили, понимал в гравитации больше всех на свете. Там Викторию долго и втайне готовили к церемонии пробуждения, и кровь матери в итоге не подвела: в тринадцать лет её ядро откликнулось именно той магией, о которой она грезила с самого детства.

А дальше потянулись долгие годы учёбы. Старик гонял её нещадно, год за годом, не делая скидок ни на возраст, ни на происхождение, и за этой наукой Виктория не заметила, как из девчонки превратилась во взрослую женщину. Домой, ко двору, она вернулась лишь полгода назад — повзрослевшая, выучившаяся, с даром, отточенным до остроты клинка.

И первое, что она сделала, едва переступив порог дворца, — попросилась на службу в Серый Приказ.

А ведь могла остаться при дворе и жить так, как жили все наследницы престола до неё: блистать на приёмах по правую руку от отца, носить лучшие платья, принимать поклоны Великих Домов и ждать единственного, что от неё по-настоящему требовалось, — выгодного замужества. Дочь Императора, разменная фигура в большой игре, которую рано или поздно отдадут нужному человеку в нужный момент. Тихая, золочёная, сытая жизнь, о которой иные и мечтать не смеют.

Вот только Виктория от одной мысли о такой жизни лезла на стену. Четырнадцать лет её ломали и собирали заново, четырнадцать лет она вкалывала до седьмого пота, чтобы научиться вдавливать в землю тех, кто сильнее её вдвое, и всё для того, чтобы под конец стать украшением на отцовском троне? Ну уж нет.