Книга Восхождение Морна. Том 8, страница 35 – Сергей Орлов

Сторож заревел. Голова мотнулась вверх и в сторону, и Дани сорвало с рукояти его собственного клинка. Парень пролетел спиной вперёд шагов пять и со всего размаху влетел спиной в один из валунов.

Удар разом выбил из него весь воздух. Вспышка боли пошла от лопаток вверх в шею и вниз в поясницу, и Дани на секунду перестал понимать, что вообще происходит. В лёгких совсем не осталось воздуха. Парень скатился по камню набок, перекатился через плечо и кое-как поднялся на колено.

Сторож метался по камню вслепую. Голова мотала из стороны в сторону, и из глазницы, в которой остался торчать клинок, тёплая кровь вырывалась наружу длинной светящейся струёй. Тварь не понимала, куда делся противник. С одним глазом она потеряла половину обзора и теперь била лапами наугад по тому месту, где Дани был секунду назад.

Парень поднялся, пошатываясь. Спина не слушалась так, как должна была. Где-то в районе лопатки что-то отзывалось каждым движением, и Дани заставил себя пока не думать об этом.

У него остался один клинок в левой руке. И вход в пещеру в двадцати шагах за спиной у твари.

Дани пошёл в обход.

По слепой стороне, низко, прижимаясь к камню, чтобы туша его не зацепила случайным ударом. Сторож по-прежнему молотил вокруг себя в той точке, где парень разбился о валун, и не замечал, что добыча уходит у него под брюхом. Дани поднырнул под одну из задних лап, прошёл мимо хвоста и вышел к скале с пещерой.

До чёрного входа оставалось пять шагов, и именно тогда в голове у Дани щёлкнуло.

Ноль. Его дар вернулся.

А сторож как раз в этот момент развернулся.

Тварь не видела Дани, но запах добычи всё ещё стоял в воздухе, и обоняние у твари оказалось не хуже, чем у серпокрылов. Голова повернулась в сторону пещеры, ноздри дёрнулись, и сторож понял, куда уходит парень. Длинный шипастый хвост пошёл по дуге через весь остров, разметая мелкие валуны как горох.

Дани был уже у самого входа.

Хвост шёл прямо в него, и уйти от такого удара в шаге от скалы было попросту некуда. Но дар вернулся секундой раньше, и Дани успел отпустить контур во второй раз.

Силуэт парня поплыл, расплылся мутным пятном, и хвост сторожа со всего размаху прошёл прямо сквозь него. Шипастый край ударил в скалу за спиной у Дани, каменная крошка брызнула во все стороны и прошла через размытое тело так же, как и хвост. Скала ухнула, треснула, и от удара по острову прокатилась короткая дрожь.

А Дани уже шагнул в темноту.

Силуэт продолжал держаться размытым ещё секунду, и за эту секунду парень успел пройти пять шагов вглубь. Когда контур собрался обратно, Дани был уже в пещере, в темноте, в которую Сторож не смог протиснуться, даже если бы очень этого захотел. Тварь была слишком большой для этого узкого прохода.

Снаружи пошёл ещё один рёв. Сторож бил хвостом по скале, бил лапами по камню, метался по острову, не понимая, куда делась добыча. Камень дрожал. Из стен пещеры за спиной у Дани сыпалась пыль.

Парень сделал ещё несколько шагов вглубь, прислонился спиной к холодной каменной стене и медленно опустился на корточки.

Куртка справа промокла насквозь. Дани провёл по ней ладонью и поднёс ладонь к глазам. Через зелье было видно, что ладонь горит ярко, ровным теплом — сильнее, чем должна. Многовато он потерял крови.

Парень полез за пазуху и вытащил две маленькие фляжки, поменьше той, в которой было ночное зрение. Одну открыл и быстро выпил — на языке расплылся вкус мёда и какой-то горькой травы, и почти сразу по телу пошла лёгкая тёплая волна, в животе перестало мутить, и пульс выровнялся. Второй фляжкой Дани полил себе бок прямо через ткань, и куртка зашипела, как сало на сковороде. Боль ударила в рёбра, парень зажмурился и пережидал её сквозь стиснутые зубы. Когда отпустило, рана внутри уже стягивалась — медленно, конечно, очень неровно, но стягивалась.