Книга Восхождение Морна. Том 7, страница 101 – Сергей Орлов

— Ну, парень, — сказал наконец Соловей, и в голосе у него ещё дрожал смех, — с этим можно только смириться. И, что самое главное, научиться использовать в свою пользу.

— В смысле использовать? — нахмурился Игорь.

— Ну смотри. Вот, допустим, понравилась тебе девка. И ты, дурак, начинаешь к ней липнуть. Цветочки там, под окнами вздыхать, на рынке за ней таскаться, в глаза заглядывать. Как думаешь, что она про тебя думает в этот момент?

Игорь пожал плечами.

— Что я хороший парень?

— А вот хрен тебе. Она про тебя думает: «А куда он денется». И всё, ты для неё уже не интересный. А что женщине неинтересно, того она и не хочет. Понял?

Игорь молчал.

— А теперь смотри, как умный мужик делает. Умный мужик к ней разок подошёл, сказал что-то хорошее, она зарделась — и всё, умный человек развернулся и пошёл по своим делам. На другой день мимо проходит и даже не смотрит. На третий день вообще с другой девкой разговаривает у соседнего лотка. И вот тут, парень, у неё в голове начинается такое, чего ты и представить не можешь, ведь она начнет постоянно о тебе думать. «А чего это он не подошёл?» «А чего это он с той дурой разговаривает?» «А может, я ему не нравлюсь?» «А может, он вообще меня забыл?» И к концу недели она сама тебя на рынке ловит и спрашивает, не зайдёшь ли вечером.

— Брешешь, — недоверчиво сказал Игорь.

— Капитан, скажи ему.

Марек не хотелось спорить, но и поддакивать своему сослуживцу он тоже не собирался.

— Складно у тебя выходит, — сказал он. — На словах.

— А на деле, по-твоему, не так?

— А на деле, — Марек перевёл взгляд на Игоря, — на деле, парень, бывает и так, как Соловей говорит. Только не с каждой и не всегда. Иная и вправду подумает «а куда он делся» и сама прибежит. А другая плечами пожмёт, развернётся и через неделю с соседским сыном под венец пойдёт. И будет твой Соловей у разбитого корыта стоять и к фляжке прикладываться.

— Это когда такое было? — возмутился Соловей.

— Было, было. Тебе напомнить про Агафью?

Соловей крякнул и сделал глоток побольше прежнего.

— Слушай, Игорёк, — сказал он, прокашлявшись. — В целом, капитан прав. Только ты учитывай одну деталь. Капитан у нас однолюб. Он, если хочешь знать, всю жизнь был женат на службе. Ну, в молодости полюбил один раз, по-настоящему, а потом всё, как отрезало. Меч, устав, караулы, командиры. Какие там бабы. И только сейчас, на старости лет, очухался, посмотрел вокруг и нашёл себе хорошую женщину. Четыре месяца с Надей живёт и ходит счастливый, как кот, дорвавшийся до сметаны. Потому советы у него правильные, но для взрослого мужика, который уже всё про себя понял. Тебе они лет через десять-пятнадцать будут в самый раз. А пока тебе четырнадцать и стручок у тебя в штанах живёт своей отдельной жизнью, ты, парень, гуляй. Пробуй. Смотри. Слушай, как они говорят, как смотрят, как в глаза заглядывают. Иначе ты потом до своей единственной дойдёшь и не разберёшься, кто перед тобой.

Марек хмыкнул.

— А ведь дело говорит, паразит, — сказал капитан. — Соловей в этом ремесле спец, тут не отнять. Если тебе пока надо просто… ну, пристроить куда-нибудь свой стручок, то лучше учителя не найдёшь. Все ходы наперёд знает. А вот когда ты встретишь что-то настоящее… когда вот тут вот ёкнет, — Марек постучал кулаком себе по груди, — тут уже советы Соловья отбрасывай в сторону и просто будь собой. Ты всё-таки на всю жизнь себя с человеком связываешь.