Книга Восхождение Морна. Том 6, страница 99 – Сергей Орлов

Сизый, мой героический пернатый идиот, прыгнул на спину одной из тварей и вцепился когтями ей в загривок с боевым воплем, от которого у меня заложило левое ухо.

Но полноценной драки не получалось. Зал был набит людьми, половина из которых не умела ничего, кроме как падать в обморок и путаться под ногами. Атаманы больше оттаскивали гостей в стороны, чем дрались, Серафима держала барьер, прикрывая беззащитных, а нападавшие пёрли через окна, не обращая внимания на потери, будто каждый из них был куском одной большой тупой машины, у которой заклинило единственную кнопку.

Я окинул зал взглядом. Хаос, крики, грохот, летящая мебель. Но в целом ситуация была под контролем, потому что Громобой и Мира стоили всей этой толпы вместе взятой, и нападавшие дохли быстрее, чем успевали добраться до цели. Пол трещал и выбрасывал каменные шипы под ногами тварей, Мира скользила между ними, оставляя за собой тела, и всё это выглядело настолько односторонним побоищем, что возникал закономерный вопрос: какого хрена они продолжают сюда лезть?

Смертники не боятся смерти. Это понятно. Но смертники, которые лезут на архимага и боевую химеру, это уже даже не смертники, а расходный материал. Отвлекающий манёвр. Мясо, которое бросили в мясорубку, чтобы она была занята, пока что-то настоящее происходит в другом месте.

Дар работал фоном, считывая всех, кто попадал в поле зрения. Та же каша, те же сбоящие строчки, то же выжженное УБИТЬ в каждой голове. Одинаковые, как патроны в обойме.

Все, кроме одного.

Парень у дальней стены, неприметный, в той же тёмной одежде, что и остальные, но в отличие от них он не рвался к Мире. Он двигался к боковой двери, быстро и тихо, пока все смотрели на побоище в центре зала. Дар зацепил его на автомате и выдал мешанину: строчки плыли, данные скакали, но чётко читаемого УБИТЬ среди них не было. Этот парень не собирался никого убивать. Он собирался уйти.

А люди, которые собираются уйти с места провалившегося покушения, обычно несут в голове что-то поценнее приказа «убить». Имена. Явки. Имя заказчика. Что-нибудь, ради чего стоит пустить полсотни тварей на убой.

— Серафима! Сизый! — я ткнул рукой в сторону боковой двери, в которую уже проскальзывал неприметный парень. — За ним!

Серафима моментально среагировала. Барьер перед гостями загустел, уплотнился и через секунду стоял сам по себе, без её поддержки, а она уже неслась к двери.

Сизый прикончил своего противника ударом когтей по горлу, развернулся на мой крик и рванул через зал так, как умели двигаться только химеры: оттолкнулся от перевёрнутого стола, перемахнул через голову присевшего чиновника, приземлился на спинку опрокинутого стула, оттуда на плечо какому-то атаману, который даже не успел возмутиться, и вылетел в дверной проём.

Я бросился следом. Боковая дверь вела в коридор, коридор в хозяйственное крыло, а оттуда на задний двор резиденции. Планировку я выучил ещё до приёма, и сейчас это решало, потому что парень бежал быстро, петляя по тёмным поворотам, а Серафима и Сизый, не знавшие здания, держались за мной.

Со стороны это выглядело как обычная погоня за обычным человеком.

Потом он влетел в хозяйственный двор, залитый лунным светом, и его тело начало меняться. Ноги срослись, позвоночник удлинился с мерзким хрустом, одежда лопнула по швам, и вместо бегущего человека по брусчатке заскользило что-то длинное, безногое, покрытое чешуёй, которая отливала в лунном свете тусклым металлическим блеском.