Книга Восхождение Морна. Том 6, страница 74 – Сергей Орлов

А вот зачем здесь Громобой и Мира, я понятия не имел. И именно это незнание чесалось где-то на краю сознания, потому что когда рядом с тобой появляются люди такого уровня, а ты не понимаешь зачем, значит, в игре есть что-то, чего ты пока не видишь.

Ну что ж, Артём. Ты хотел стать заметным? Поздравляю. Теперь на тебя смотрит половина Империи, и твоя задача сделать так, чтобы каждый из них увидел ровно то, что ты хочешь показать, а не то, что он надеется разглядеть сам.

Серафима рядом чуть повела плечами, и я узнал этот жест, потому что за последний месяц научился читать её язык тела не хуже, чем Дар читал чужие эмоции. Так она реагировала, когда на её территории появлялось что-то, что не вписывалось в привычную картину мира и при этом было достаточно крупным, чтобы его игнорировать.

— В учебниках Академии был его портрет, — тихо сказала она, глядя в сторону стола, где Гнедич суетился вокруг Громобоя с усердием, достойным лучшего применения. — В разделе «боевые маги высшей категории». Там было написано, что он в одиночку остановил прорыв на южной границе двадцать лет назад. Я думала, преувеличивают.

— А теперь?

— А теперь думаю, что, может быть, даже приуменьшали. — Она чуть помолчала, и по тому, как сжались её пальцы на бокале, я видел, что присутствие Громобоя давит на неё ощутимее, чем она хотела бы признать. Всё-таки ранг В, пусть даже сильный, рядом с архимагом чувствовал себя примерно как костёр рядом с вулканом: вроде бы тоже огонь, но масштаб сравнения не выдерживает. — Зачем он здесь, Артём?

— Вопрос на миллион, Сима. Как узнаю ответ, ты будешь первой, кому я об этом расскажу…

Я отпил из бокала и продолжил наблюдать за залом. Народ понемногу приходил в себя, хотя делал это с оглядкой: голоса стали тише, смех звучал натужнее, а глаза то и дело косились в тот угол, где архимаг устроился с бокалом и видом человека, которому всё происходящее вокруг было примерно так же интересно, как бывалому рыбаку аквариум с гуппи.

Тем временем Гнедич продолжал порхать вокруг Громобоя, и я уже начал прикидывать, как долго комендант протянет в таком темпе, когда случилось неизбежное. Комендант, в очередном приступе гостеприимства лично схватил поднос с вином у проходящего мимо слуги, развернулся к Громобою с такой скоростью, будто от этого зависела его карьера, зацепил ножкой бокала за собственный рукав и щедро плеснул красным вином прямо на мундир главы Длани Императора.

Зал мгновенно застыл.

Гнедич посмотрел на расползающееся по мундиру пятно. Потом на Громобоя. Потом снова на пятно. Краска сошла с его лица так быстро, будто кто-то выдернул затычку и вся кровь разом утекла куда-то в район пяток. Рот открылся, но вместо слов оттуда вышло только тихое сипение, как из проколотого бурдюка, а потом глаза закатились и комендант Сечи, представитель имперской власти на границе с Мёртвыми землями, грохнулся в обморок прямо у ног архимага.

Громобой проводил его падение взглядом и хмыкнул с таким спокойствием, будто люди валились к его ногам без сознания каждый вторник и он давно перестал принимать это на свой счёт.

— Какой впечатлительный… — констатировал он, промокнув пятно салфеткой. — Я как раз собирался сказать ему, что от его мельтешения у меня начинает рябить в глазах, но он, похоже, уже решил эту проблему… — Громобой обвёл зал взглядом и чуть повысил голос. — Ну и чего встали? Лекари тут есть, или мне самому его откачивать? Предупреждаю сразу: мой способ подразумевает лёгкий удар по полу, а здешний фундамент, судя по всему, этого не переживёт.