Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 5»
|
Вокруг него сгрудилось человек пятнадцать: ходоки, зеваки, пара студентов и один пожилой мужик, который, кажется, зашёл сюда случайно выпить кружку пива, но проникся и уходить уже не собирался. — … и тут он на меня! — Сизый размахивал руками так широко, что ближайшим слушателям приходилось отклоняться, чтобы не получить когтями по лицу. — Здоровый, с двумя мечами, глаза бешеные! А я что? А я стою! Один! Братан за спиной лежит, медведь на другом конце арены, помощи ноль! И этот на меня прёт, а я ему — бац! Бита со свистом рассекла воздух в опасной близости от чьей-то головы. Мужик пригнулся, но не обиделся, потому что обижаться на Сизого в этот вечер было всё равно что обижаться на праздничный фейерверк за то, что искра попала в глаз. — Прямо в челюсть! Он — бах! — на песок! Лежит! А я стою над ним и говорю: «Это тебе за братана!» Насчёт последней фразы Сизый не соврал, а вот всё остальное было, скажем так, творчески переосмыслено. Причём с каждым пересказом масштаб подвига рос. Я слышал уже третью версию за вечер, и если дело пойдёт так дальше, то к четвёртой окажется, что Сизый вообще сражался в одиночку, пока я попивал чаек где-то на краю арены. — Ещё! Ещё расскажи! — крикнул кто-то из дальнего угла, и перед Сизым появилась новая кружка. Он принял кружку с достоинством монарха, принимающего дань, отпил, вытер клюв тыльной стороной когтистой руки и продолжил, потому что Сизый замолкал только в двух случаях: когда спал и когда его замораживали в стену. Второе случалось чаще, но Серафимы сегодня с нами не было. Она ушла ещё во время боя, и Надежда, которая пыталась её догнать, сказала только, что Озёрова попросила её не трогать. Так что единственный человек, способный заткнуть Сизого, отсутствовал, и он этим пользовался на полную. — Так вот! Он падает, а второй, огневик, разворачивается ко мне! Пламя в руках, глаза горят, жар такой, что у меня перья на груди затрещали! И я такой думаю… — Чё ты думаешь, пернатый! — хохотнул бородатый ходок со шрамом через щёку. — Ты ж час назад рассказывал, что даже испугаться не успел! — Так, а я и не испугался! Просто в прошлый раз забыл рассказать про эту часть! Стою, значит, и думаю: «Ну, Сизый, вот оно. Настало твоё время». Хватаю биту, разбегаюсь и со всей дури ему в бочину! Он аж закрутился! Пламя во все стороны, перья мои горят, мне больно, но я остался стоять на ногах! Потому что я воин! Вот тут зал заревел. Кто-то свистнул, кто-то застучал кружкой по столу, и Сизый купался в этом, как голубь в луже после дождя, только лужа была из чужого восторга и бесплатного пива. Кто-то попросил показать «тот самый удар», и Сизый с наслаждением продемонстрировал, замахнувшись от плеча и опрокинув чью-то кружку. Хозяин кружки вскочил, но трое слушателей тут же встали стеной. — Да ладно тебе, это ж Сизый. Ему сегодня можно! Вот тут Сизый заметил меня. Вернее, он меня и раньше видел, но до этого момента ему хватало публики, а теперь ему понадобился главный свидетель. — Братан! — он ткнул в меня когтистым пальцем через весь зал. — Братан, подтверди! Расскажи им, как я того здорового уложил! Пятнадцать голов повернулись ко мне. Я не торопясь отпил пива и вздохнул: — Да-да, всё так и было. Сизый просиял так, что перья на загривке встали дыбом от удовольствия. |