Книга Восхождение Морна. Том 2, страница 67 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Лисица не шевельнулась.

Я присел на корточки, стараясь оказаться на уровне её глаз. Вблизи она выглядела ещё хуже: ключицы выпирали так, что казались острыми, а её взгляд проходил сквозь меня, будто я был стеклянным.

— Эй, ты слышишь меня? Надо убираться отсюда.

Но ничего. Даже ухом не повела.

Я шагнул в клетку, наклонился и поднял её на руки. Она не сопротивлялась и не помогала, просто обмякла как тряпичная кукла. Голова откинулась назад, руки безвольно повисли. Весила она почти ничего, одни кости под свалявшейся шерстью. Сколько её здесь держали? Месяц? Год?

За спиной послышались шаги. Феликс возился с соседней клеткой и пытался сбить замок камнем. Я бы даже удивился, если бы было время удивляться.

В клетке сидел здоровый волк с мощными лапами, которые могли бы переломить человеку хребет одним ударом. Серая шерсть потускнела и свалялась, но мышцы под ней всё ещё угадывались, и в другое время это было бы опасное существо.

Но сейчас он забился в угол и скулил, прижав уши к голове и поджав хвост так, что тот почти прилип к животу. Когда дверца открылась, он не рванулся наружу, а вжался в стену ещё сильнее, будто хотел просочиться сквозь неё и исчезнуть.

— Вылезай, — Феликс смотрел на него и явно не понимал, что делать. — Ну? Горит же всё! Шевелись, тупая скотина!

Волк заскулил громче и жалобнее. Взрослый хищник скулил как побитый щенок и боялся выйти из открытой клетки, потому что его научили бояться. Научили, что любое движение означает боль, что лучше сидеть тихо, что свобода это ловушка, за которую потом накажут.

— Тащи его, — крикнул я. — Сам не пойдёт.

Феликс выругался, полез внутрь и вытащил волка за шкирку. Тот сразу обмяк и перестал скулить, только часто задышал. Братец взвалил его на плечо, покачнулся от веса, но устоял.

Мы двинулись к выходу.

Остальные клетки остались за спиной, и я старался не думать о тех, кого мы не успели вытащить. О существах, которые сейчас смотрели нам вслед пустыми глазами и не понимали, что скоро задохнутся. А может, и понимали, но им было уже всё равно.

Мы прошли амбар почти бегом, лавируя между телами и перевёрнутыми ящиками. Под ногами хлюпало, и я старался не смотреть вниз. Жар толкал в спину, дерево трещало за нами, и где-то наверху стонали балки, готовые вот-вот рухнуть.

Ночной воздух ударил в лицо, холодный и чистый, и я только сейчас понял, как сильно горели лёгкие. Закашлялся, согнувшись пополам, и едва не выронил лисицу. Она даже не дёрнулась.

Вокруг горели факелы, и люди в форме имперской гвардии смотрели на нас так, будто мы выползли из преисподней. Что, в общем-то, было недалеко от истины. Их было человек пятнадцать, все при оружии, и все стояли в одинаковых позах с руками на мечах и расставленными ногами. Ни суеты, ни лишних движений, каждый на своём месте.

Похоже они приехали на пожар и срабатывание боевой магии, а тут два молодых придурка вываливаются из огня с химерами на руках.

Марек сидел у стены и прижимал к боку тряпку, насквозь пропитанную кровью, но глаза у него были ясные, и когда он меня увидел, в них мелькнуло что-то похожее на облегчение. Мира и Сизый лежали рядом, оба без сознания.

Я опустился на колено и осторожно положил лисицу на землю. Она не шевельнулась и просто лежала на спине, глядя в небо пустыми глазами.