Книга Хроники Менталиста 3, страница 110 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Как тебя зовут? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Мышонок, — гордо ответил пацан, выпячивая тощую грудь.

Уличная кличка. В трущобах редко пользовались настоящими именами — слишком опасно, когда каждый второй может продать тебя с потрохами за пару монет.

— Мышонок, значит, — я окинул его оценивающим взглядом. — Хочешь заработать?

Глаза мальчишки загорелись.

— А то! Что нужно сделать?

— Видишь того мужика в сером плаще? — я едва заметно кивнул на угол дома. — Он следит за мной уже второй день. Сможешь стащить у него амулет, который висит на шее?

Мышонок прищурился, мгновенно преображаясь из обычного пацана в настоящего хищника. Его взгляд стал цепким, профессиональным.

— Без проблем, — хмыкнул он. — У него в левом кармане нож, в правом — кошелёк. Амулет на тонкой серебряной цепочке, слишком тесно прилегает к шее. Придётся порвать.

Я удивлённо приподнял бровь. Пацан не просто осмотрел цель — он провёл полную разведку за считанные секунды.

— Откуда такая наблюдательность?

— В Ящике провёл три года, — пожал плечами Мышонок. — Учителя были строгие.

Ящик — местная банда карманников, специализирующаяся на обучении беспризорников. Жёсткая дисциплина, суровые наказания, но через пять лет ты либо становишься лучшим в своём деле, либо… не становишься никем. Слишком много сирот не дожили до выпуска.

— Пятьсот рублей, — заметил Мышонок, хитро улыбаясь.

— Получишь тысячу, если справишься, — я достал из кармана несколько купюр и показал мальчишке, но не отдал. — Сначала амулет, потом оплата.

— Заметано, — кивнул Мышонок и, словно растворившись в воздухе, скользнул в толпу.

Я медленно двинулся по улице, намеренно выбирая маршрут через самые людные места. Снег падал всё гуще, превращая мостовую в скользкую кашу, а воздух — в белую пелену. Идеальная погода для моего плана. В такой метели даже опытному соглядатаю трудно не потерять цель из виду.

Краем глаза я отслеживал серую фигуру, маячившую в пятидесяти шагах позади. Надо отдать должное — человек Никонова знал своё дело. Держался на идеальной дистанции — не слишком близко, чтобы вызвать подозрения, но и не настолько далеко, чтобы упустить меня в толпе. Периодически менял темп и сторону улицы, чтобы не примелькаться. Но даже у профессионалов есть слабые места.

Сделав крюк через Рыбный рынок, где запах свежего улова смешивался с ароматами пряностей и дешёвого вина, я направился к Старому мосту. Идеальное место для моего плана — узкий проход, толпы людей даже в метель, шумные торговцы контрабандой, навязчивые попрошайки и, конечно, карманники, считающие мост своей территорией.

Когда я ступил на выщербленные камни моста, снегопад усилился. Крупные хлопья оседали на волосах и одежде, таяли на лице, затуманивали обзор. Сквозь белую пелену виднелись тени снующих туда-сюда людей — размытые силуэты, тёмные пятна на белом фоне. Река под мостом застыла неровной коркой льда, покрытой свежим снегом, словно огромный белый саван.

На середине моста я замедлил шаг и подошёл к перилам, делая вид, что любуюсь зимним пейзажем. На самом деле я внимательно изучал отражения в обледенелом металлическом щите, установленном у входа на мост — старая уловка карманников, позволяющая видеть, что происходит за спиной.

Тусклый блик выхватил знакомую фигуру в сером плаще. Соглядатай остановился в тридцати шагах позади, прикидываясь обычным прохожим, разглядывающим товары уличного торговца. Его правая рука была чуть опущена к поясу — там наверняка прятался нож или что похуже. Левая периодически поднималась к горлу, где под воротником виднелась тонкая серебряная цепочка.