Книга Милость королей, страница 282 – Кен Лю

Капитан Доса, Мюн Сакри, Рин Кода и Тан Каруконо принесли в дом мэра, где находился Куни с семьей, плохие новости.

— Сир, Дзуди захвачен врагом! Люди Маты очень скоро будут здесь. У нас есть один воздушный корабль, который на всякий случай оставила маршал Мадзоти. Он готов взлететь прямо со двора. Вы должны немедленно подняться на борт.

— Я буду защищать улицы столько, сколько смогу, – пообещал Доса и отправился к своим солдатам.

Куни хотел забрать всех, однако корабль был небольшим и слуг пришлось оставить. На борт вместе с ним поднялись лишь отец Джиа, дети, Рисана, Сото, Ото, Мюн, Рин и Тан, но и с таким грузом корабль не мог взлететь.

— Нас слишком много, – сказал Мюн.

— Мата все это время не трогал меня – думаю, ничего не изменится и теперь. Но если уж мне суждено умереть, пусть это случится дома. – С этими словами Фэсо Гару сошел на землю, несмотря на протесты Куни.

— Наверное, мы забыли проверить уровень подъемного газа, – предположил Тан, в то время как с улицы уже доносился звон мечей и крики.

Тогда с корабля сошли Рин и Мюн, а когда не помогло и это, на землю ступила Сото, заверив остальных:

— Мата не причинит мне вреда. Не беспокойтесь.

Джиа и Ото обменялись взглядами, улыбнувшись, юноша молча спрыгнул на землю. Джиа закрыла глаза, сердце отчаянно колотилось в груди.

Они оба знали, что такой день обязательно наступит. Да, сердце способно любить многих, но в этом мире женщине приходится делать выбор, которого мужчина мог избежать. Не в силах сдержать слезы, Джиа отвернулась.

Корабль слегка приподнялся, но снова опустился на землю, и женщины, переглянувшись, поняли, что пришел их черед. Рисана повернулась к Куни, поцеловала и попыталась подойти к борту корабля, однако огромный живот ей помешал.

— Нет-нет, – возразила Джиа. – Ты отправишься вместе с Куни и детьми, а я останусь. Мне уже приходилось иметь дело с Матой, так что все будет в порядке.

Лицо Куни исказилось от тревоги и боли.

— Нет, это неправильно: вы обе должны остаться на борту. Выйду я и сам поговорю с Матой.

Все возмущенно начали протестовать, но голос Мюна прозвучал громче других:

— Господин Гару, вы должны улететь, чтобы спасти нас или отомстить, иначе во всем этом не будет никакого смысла.

Посмотрев на Джиа, потом на Рисану, Куни неожиданно присел на корточки рядом с детьми:

— Тиму и Тэра, вы ведь храбрые, правда?

Он назвал детей их взрослыми именами, что делал крайне редко, и это сразу насторожило присутствующих. Когда же он подхватил детей на руки и понес к сходням воздушного корабля, все поняли, что задумал их повелитель.

— Ты сошел с ума! – закричала Джиа. – Как тебе такое в голову-то могло прийти?

— Мата не причинит вреда детям, – возразил Куни. – А вот тебя оставить снова я не могу: второй такой, как ты, больше нет. Детей же мы сможем родить и других.

— Джиа права: это безумие. – Рин Кода встал у сходней и подтолкнул детей обратно.

Куни повернулся к Сото и указал взглядом на детей, но она молча с каменным лицом стояла и не двигалась с места.

— Достаточно глупостей! – твердо сказала Джиа и, хладнокровно отпихнув Куни от сходней, поцеловала детей и повернулась к Рисане: – Младшая сестра, пожалуйста, позаботься о них.

Когда Джиа решительно спустилась на землю, Тиму и Тэра закричали, и Рисане пришлось их удерживать, пока Куни, по лицу которого тоже текли слезы, закрывал дверцу воздушного корабля.