Книга Милость королей, страница 157 – Кен Лю

Куни кивнул, подумав про Мату Цзинду: если кто и обладал отвагой и военным мастерством, чтобы войти в Пан, так это его друг.

— Танно Намен оставил в Пане совсем небольшой гарнизон, когда выступил к перевалу Токо, чтобы присоединиться к Маране у Волчьей Лапы. Он посчитал, что безопасность столицы вполне может обеспечить имперский флот, который контролирует реку Лиру и пролив Аму, в то время как все остальные силы империи сосредоточатся на Волчьей Лапе.

— Намен прав: на западном побережье Большого острова у нас нет флота, о котором стоило бы говорить.

— Флот – это не только корабли.

Куни вопросительно на него посмотрел.

Луан набросал свой план несколькими крупными мазками, стараясь говорить спокойно, ровным голосом, чтобы произвести впечатление человека нормального, полностью контролирующего свои слова, несмотря на то что его идея выглядела совершенно безумной.

— Чтобы одолеть шайку воров, – подвел он итог, – нужно захватить главаря, а чтобы убить громадного питона, требуется отрубить ему голову.

Куни некоторое время помолчал, наконец сказал:

— Смелый план. И чрезвычайно опасный.

Луан посмотрел ему в глаза:

— Господин Гару, сейчас вы должны сделать выбор: либо парить в вышине, точно сокол-минген, хотя возможно на пути к цели встретить смерть, либо провести жизнь в тишине и покое, подбирая зернышки риса, которые будут разбрасывать другие.

Куни слушал его с ничего не выражающим лицом, и Луан не смог понять, удалось ли ему расшевелить его тщеславие, – когда он обдумывал их разговор, самым трудным для него оказалось предсказать реакции Куни.

— Ваш друг господин Цзинду, вне всякого сомнения, придет к вам на помощь, но только позже; об этом плане до его реализации должно знать как можно меньше людей, иначе ничего не получится.

— И тогда мы оба станем королями, – заключил Куни, – братьями по оружию, которые разделят трон.

Луан кивнул:

— Тем более что это у вас прекрасно получается, как вы показали здесь, в Дзуди.

— Все это осуществимо лишь в том случае, если мне будет сопутствовать успех, – проговорил Куни с сомнением, помолчав немного, – но в вашем предложении нет ничего, кроме риска.

Луан был готов к такому повороту событий. В свою бытность игроком Куни сумел многого достигнуть, а успех в жизни нередко приводит к тому, что человек начинает иначе относиться к риску и перестает безоглядно бросаться в авантюры.

— А скажите-ка мне, что думает про ваш план Луто? – спросил Куни.

Луан твердо посмотрел ему в глаза.

— Мой отец был главным авгуром Луто, меня тоже считают мастером предсказаний, но открою вам правду, господин Гару: воля богов никогда не звучит однозначно. За всю свою жизнь я ни разу не получил знака, который невозможно было бы наделить самыми разными, иногда противоположными смыслами. Я всегда считал, что боги подобны ветрам или могучим течениям и оседлать их может только тот, кто готов помочь самому себе.

— Невежественный человек мог бы посчитать такие слова, прозвучавшие из уст сына предсказателя, святотатством, – улыбнувшись, заметил Куни.

— Так думают многие из тех, кто долго учился в Хаане. Ведь не случайно школы Гинпена, хотя и маленькие, выпустили в свет такое огромное количество математиков, философов и законников Дара: мы стремимся учитывать то, что нам известно, в противовес тому, чего не знаем.