Онлайн книга «Стена Бурь»
|
То был итог его жизни, прощальный крик дикого гуся, покидающего пруд. Заключительная логограмма обрела форму, пальцы перестали шевелиться. Издав последний, едва слышный вздох, Луан Цзиа умер. Дзоми отступила на шаг и опустилась на колени перед обоими носилками. Сперва она поклонилась, коснувшись лбом пола, в направлении Оги Кидосу. — Ты создал мое тело и выковал мой дух, отец. Хотя мы виделись всего дважды в этой жизни: в момент моего рождения и твоей смерти, но серебряные пряди нашей разлуки вечно будут освещать обширное море моей памяти. Затем девушка повернулась и коснулась лбом пола, обращаясь к учителю: — Ты был родителем моего ума и наставником моей души, Луан Цзиаджи… Разрыдавшись, она не смогла продолжить. Никто не мешал ей воздавать почести, хотя обычай говорил, что только короли и императоры вправе произносить эпитафии великим ученым. Был подготовлен и отправлен в Пан подробный отчет о случившемся. Кое-кто полагал разумным послать императору также и «Гитрэ юту», но Тан Каруконо, глядя на скорбную фигуру Дзоми Кидосу, прижимавшую к себе книгу с такой силой, с какой тонущий человек цепляется за все способное держаться на воде, лишь покачал головой. Пусть книга находится там, где она нужнее всего. * * * Тела Оги Кидосу и Луана Цзиа оставили лежать в Большом зале для приемов. После подобающего периода траура Дзоми сможет забрать их и похоронить в родных местах, на Дасу и в Хаане. Но, учитывая, что сейчас идет война, погребение, возможно, придется отложить. * * * – Почему ты не забрал тело своего протеже, Брат-Черепаха, как мы делаем это с телами наших любимцев в миг их апофеоза? – Луан всегда верил, что вселенная познаваема. Неправильно было бы сделать из его смерти загадку. – У тебя странные представления о том, как оказывать почести смертным, Луто. – Я много размышлял о наших отношениях со смертными. Может, мы и не столкнулись с богами льуку, но вы обратили внимание, что эти люди начали молиться нам, называя именами своих божеств? Скажите, вы чувствуете себя польщенными или оскорбленными? * * * Тан Каруконо и Дзоми Кидосу спорили, насколько разумно будет императору приехать на Руи. — Основываясь на опыте Луана Цзиа, можно сделать вывод: пэкьу Тенрьо – умный и коварный противник, – сказала Дзоми. – Прежде чем привозить сюда императора, нам следует убедиться, что отступление льуку – это не очередная их военная хитрость. — Но если мы станем медлить слишком долго, это даст Тенрьо время перегруппировать силы. Чем дольше мы выжидаем, тем сильнее укрепятся его позиции. Верной стратегией в данном случае будет немедленно запросить подкрепление и ковать железо, пока оно еще горячо. Присутствие императора вдохновит войска и устрашит варваров. А еще, если государь прибудет сюда, нам окажется проще вести переговоры о безопасности принца Тиму. Дзоми вздохнула. К этому времени она уже достаточно освоилась с путями мира, дабы сообразить: на самом деле Тан Каруконо боится, что если Тенрьо в отчаянии причинит вред принцу Тиму, то обвинят именно его. Тан Каруконо хотел, чтобы император Рагин был здесь, дабы ему при плохом раскладе не пришлось навлечь на себя гнев императора и императрицы. Дзоми понимала, что с точки зрения политики это, возможно, верный ход, но подобная стратегия представлялась ей ошибочной. |