Дзоми расплакалась:
— Я разочаровала вас. Мне стыдно сильнее, чем можно выразить всеми словами мира.
— Тебе довелось пережить слишком много успехов в слишком юном возрасте, – заметила Гин. – Но унижение тоже бывает хорошим учителем. Как-то раз я проползла между ног у одного мерзавца и думала, что никогда уже больше не посмею поднять головы. Однако этот случай научил меня необходимости играть вдолгую. У тебя есть талант, Дзоми Кидосу, но ты должна научиться управлять этим талантом с мудростью, а мудрость можно почерпнуть только из неудач.
— Прошу вас, накажите меня, – взмолилась девушка.
— Ты и так уже достаточно наказана, – возразила Гин. – Ради этого я и оставила тебя ждать здесь в одиночестве, дабы ты пробыла наедине с собой всю ночь. Ибо нет критиков более суровых, чем мы сами. – Она наклонилась и помогла Дзоми встать. – Что тебе требуется теперь, так это прощение и решимость вновь идти в бой вопреки сомнениям.
«Императору Дара
Угрозы императора Рагина предпринять вторжение изрядно удивили нас. Уж не намерен ли он уподобиться глупцам из рассказанных Ра Оджи старинных легенд, которые пытались разбить камни яйцами и надеялись на успех?
Ренга, ты говоришь о сборе армий, флота и эскадр воздушных кораблей, но мы ведь уже разбили однажды твое войско. Так что же заставляет тебя думать, будто в следующий раз исход окажется иным? Допустим, на твоей стороне численное превосходство, но что в этом толку, если каждый гаринафин, направляемый отважными воинами льуку, способен уничтожить тысячу копейщиков-дара? Нам довелось видеть, что могут предложить нам лучшие военные твоей империи, и нас это совершенно не впечатлило.
Более того, с течением времени наше преимущество будет расти, тогда как твоя сила уменьшаться. Лишившись источника газа, как сможешь ты поднимать в воздух свои корабли? Мы улучшим вооружение наших воинов за счет захваченных арсеналов на Дасу и на Руи. Народ Дара уже трепещет при упоминании имени Великого Пэкьу, и далее страх будет распространяться лишь все шире и шире. Люди утратят веру в победу и не станут сражаться за тебя. Бросать вызов сильному, когда сам ты слаб, – не самый мудрый образ действий со стороны государя.
Принц Тиму живет здесь счастливым гостем и не желает возвращаться, и мы не сомневаемся, что ему хватит ума склониться перед могущественным господином. Не исключено, что со временем Тиму взойдет на трон Дара и станет править ее частью как преданный тан льуку.
Пока чудесные гаринафины наслаждаются заслуженным отдыхом, подкрепляя силы благоуханным сеном после блестящих побед на Руи и Дасу, Великий Пэкьу живет в ожидании скорой встречи с тобой. Надеюсь, что при первой нашей встрече фигура твоя будет напоминать древнего копейщика, простершегося ниц, дабы приветствовать восход солнца, символизирующего самого Великого Пэкьу. Наши крылатые звери, едущие на городах-кораблях, этом даре императора Мапидэрэ, по справедливости решат, кто истинный господин Дара.
Пэкьу Тенрьо, протектор Дара, глаголющий устами твоего бывшего слуги Ра Олу»
— Это возмутительно! Просто возмутительно! – взревел император Рагин, мечась по Большому залу для приемов. – Нам следует немедленно атаковать льуку!
Мюн Сакри и Тан Каруконо сосредоточенно читали письмо, а потому ничего ему не ответили.
