Книга Пустующий трон, страница 297 – Кен Лю

Императрица резко прекратила стричь изгородь, убрала ножницы и пошла прочь, недовольно шелестя рукавами. Дзоми ненадолго остолбенела, а затем поспешила следом.

Джиа довольно долго шла быстрым шагом, а потом остановилась, чтобы отдышаться.

— Дзоми, – произнесла она спокойным тоном, – ты секретарь предусмотрительности. Твоя работа – собирать информацию, вести внутреннюю и внешнюю разведку. Нам практически неоткуда получать сведения, кроме как от экипажей кораблей, которые возят дань, и от этих беженцев. Как ты можешь быть такой беспечной?

— Боюсь, что не понимаю суть ваших претензий.

— Каждый новый плот с беженцами – бесценный источник информации о льуку. Крайне важно, чтобы эта информация поступала к нам без инородных примесей. Если новые беженцы успеют пообщаться со старыми, то смогут понять, какие истории нужно рассказывать, чтобы разжалобить чиновников. Это приведет к преувеличению масштабов злодеяний льуку и повторению уже известных нам сведений.

— Представить не могу, что беженцы станут лгать… – Дзоми покраснела и невольно повысила голос.

— Я не обвиняю их в злонамеренной лжи. Но я читала сотни докладов, многие из которых удивительно похожи, вплоть до подробностей особо жестоких казней и слов, произнесенных командирами льуку. Желание добиться наивысшего сострадания заложено в человеческой природе, поэтому люди подстраивают свои рассказы под ожидания аудитории. Позволяя беженцам встречаться с теми, кто может их, так сказать, натаскать, ты непредумышленно предоставляешь им возможность подчеркнуть и приукрасить те факты, которые, по их мнению, мы хотим услышать, и опустить подробности, которых мы не знаем.

Хотя столь прагматичная позиция Джиа была Дзоми не по душе, императрица рассуждала вполне здраво.

— Приношу извинения за беспечность. Обещаю внести правки в протокол приема беженцев и впредь не допускать безнадзорных встреч между оседлыми переселенцами и новоприбывшими, находящимися под наблюдением.

— Дзоми, проницательности тебе не занимать, – сказала Джиа. – Чего тебе не хватает, так это… желания признавать замысловатость человеческого сердца. Ты хочешь, чтобы все в мире четко делилось на черное и белое, доброе и злое, лживое и правдивое. Но работа с людьми гораздо сложнее, чем работа с механизмами.

Дзоми была не согласна с этим утверждением, однако не видела смысла оспаривать замечание.

— Резкий рост репрессий может означать, что в Неосвобожденном Дара окончательно отошли от политики мирного сосуществования, но мы пока не знаем почему.

Императрица невнятно фыркнула, словно бы этот вопрос совершенно не интересовал ее. Взгляд Джиа был усталым; она едва подавила зевок. Дзоми слышала, что в последнее время Джиа не спалось по ночам и она порой дремала днем в саду в окружении молодых любовников. Придворные врачи осторожно намекали, что императрице следует ограничить плотские утехи, но Дзоми сомневалась, что причина плохого сна кроется именно в этом.

— Госпожа Раги сообщает, что в ходе весенней миссии Нода Ми вновь намекнул, что льуку покрывают пиратов, похищающих талантливых ученых у берегов Диму и Димуши, – продолжила Дзоми. – Я считаю, что нельзя больше ограничиваться лишь наблюдением и усилением охраны; пора переходить к активным действиям.