Книга Зловещие топи, страница 282 – Виолетта Орлова

— Он все равно по-хорошему не скажет, Рунт, – раздался низкий грубоватый голос. – Дай дяде Кэнту с ним побеседовать.

Брюнет раздраженно взглянул на вошедшего: человек в маске вороны выглядел просто огромным и представлял собой совершенную гору мышц. Казалось, его всего стянули веревками, ибо каждая часть его тела выглядела до крайности увеличенной. Либо же так от страха почудилось Даниелу.

Рунт послушно отступил от пленника; очевидно, он и вправду не являлся здесь главным.

Гора мышц неторопливо подошла к сжавшемуся в комочек пленнику. Даниел же инстинктивно втянул голову в плечи, ибо сразу догадался, что ничего хорошего его уж точно не ждет. Кэнт стянул с себя маску, обнажив квадратное, чуть сплющенное спереди лицо с каким-то непередаваемым выражением, и с показным хрустом поразминал кисти.

— Как тебя зовут, парень? – почти ласково поинтересовался он.

— Дан-ниел Фук, – совсем тихо прошелестел пленник, чувствуя, как во рту становится сухо. Боль в виске мешала сосредоточиться.

— Начало мне нравится. Рад знакомству, – игриво подмигнул ему громила. – Куда же ты летел?

— В… школу, – обреченно выдавил из себя Даниел. Он бы, конечно, мог сказать, что у него в Той-что-примыкают-к-лесу живут друзья, однако юноше не хотелось выдавать лишней информации, вдруг это как-то навредило бы Тэнке и Алану?

— Троссард-Холл?

Даниел слабо кивнул головой, продолжив завороженно смотреть на здоровяка перед собой. В фантазии своей ему представлялось, что перед ним вовсе не человек, а мясорубка, которая с легкостью перемелет его на части.

— Ты прилетел один?

Здесь слабому и безвольному Даниелу очень захотелось сказать правду, ибо допрашивающий его человек вводил беднягу в сильнейший ужас. Он открыл рот и малодушно произнес:

— Нет.

Кэнт с Рунтом весело переглянулись.

— Ну теперь дело пойдет, – с презрением хмыкнул громила. – С кем же ты прилетел?

— Со своим питомцем, – пробормотал Даниел.

— Что за чушь? Каким еще питомцем, чтоб его муравьи сожрали?

— Рикки, – тихо позвал Даниел, отчего на его рубахе, испачканной кровью, проявилась оранжевая ящерица. Затем пленник в страхе закрыл глаза, ибо понял, что ему конец.

Неприятный допрос в уплывающем сознании Даниела слился в какую-то одну бесконечную пытку. Вопрос. Удар. Вопрос. Удар. И так до тех пор, пока пленник окончательно не потерял способность что-либо отвечать и как-то реагировать на происходящее. Возможно, все разрешилось бы иным образом, если бы он честно рассказал, что находился в карете со своими друзьями, ведь во всем остальном его история была абсолютно правдивой. Но каким бы малодушным слабаком Даниел себя не считал, он не мог предать своих.

Единственный раз, когда сын достопочтенных академиков участвовал в драке – был на «Когте», когда Грызун хотел сместить его с должности рулевого. Да и то назвать это дракой можно было с большой натяжкой – скорее тот просто раз ударил его и все. Но то, что происходило теперь, в маленькой полуобгоревшей лачужке, где все так мерзко пропахло дымом, не укладывалось в его сознании, ибо было жестоко, бесчеловечно и нестерпимо больно. Какое счастье, что Тину с Дианой удалось спрятаться!

Однако на самом деле полидексянин, разговаривавший с ним, вовсе не действовал в полную силу. Для своей комплекции он, можно сказать, обходился с пленником ласково. Тот даже не потерял сознание.