Книга Зловещие топи, страница 247 – Виолетта Орлова

— Если хочешь, садись рядом со мной, – предложил добросердечный юноша, думая, что мальчику неудобно на полу, однако тот испуганно замотал головой.

— Что ты! У нас ведь совершенно разный статус!

— Разве не все люди равны?

Юный раб немного подумал, а затем изрек глубокомысленно:

— Некоторые все же чуть равнее будут.

— Ты давно в Сулат-хане?

— Не так уж и давно. Я из семьи горшечника. Мы с отцом жили очень бедно, и я добровольно стал рабом. Мне так проще. Не надо думать и ничего решать; за меня думают мои хозяева. И кусок хлеба всегда есть, и питье, и ночлег. Госпожа Оридиан – добрая хозяйка, она не бьет меня. Хотя я ее все равно страсть как боюсь. А еще я собираю все сплетни Сулат-хана; знаю о других такое, чего они сами о себе не знают.

— Вот как? А ты случайно не знаешь, почему Рахмед ушел из театра?

Кик исподлобья взглянул на Артура.

— Вообще-то он и не уходил, – тихим и осторожным голосом произнес он.

— Не понимаю…

— А ты никому не расскажешь, если я поделюсь с тобой? – спросил мальчишка, начиная вдруг испуганно озираться по сторонам.

— Да мне и рассказывать-то особенно некому, – криво усмехнулся Артур.

— Рахмед был очень хорошим актером. Я не знаю, как это слово достоверно произносится, но у нас про таких говорят: «Его в детстве кобылица языком лизнула».

— Талантливый, что ли?

— Наверное. Очень хорошо играл. Даже госпожа, – здесь Кик понизил голос так сильно, будто боялся, что хозяйка непременно подслушает его слова, – даже госпожа один раз прослезилась, глядя на его игру.

— Так что же с ним случилось? – в нетерпении поторопил мальчишку Артур. Он вспомнил, что госпожа Оридиан однажды не очень хорошо обмолвилась о Рахмеде, назвав того плохим атером.

Кик смущенно улыбнулся; ему явно доставляло удовольствие осознавать, что он, будучи бесправным рабом, оказался куда более сведущим, нежели его юный господин.

— В день премьеры Рахмед пропал. Исчез. Говорили, что он испугался людей, внимания и попросту сбежал.

— Разве так уж легко сбежать из Сулат-хана? – задумчиво сказал Артур, вспомнив бдительных охранников и не менее бдительных аллигаторов.

Мальчик пожал плечами.

— Только рабам сложно уйти от своих хозяев. Но мне все-таки кажется, что он никуда не уходил.

— Почему же?

Кик улыбнулся, но не без некоторого самодовольства.

— У него была одна вещица, видимо, очень дорогая его сердцу. Медальон. Так вот, он его оставил в шатре. Я убирался и обнаружил его. Только это очень странно, потому что Рахмед им весьма дорожил. Он никогда не снимал его с шеи, и еще была у него такая странная привычка… Прикладываться к нему губами. Сложно представить, чтобы он сбежал, забыв его здесь.

— И что, ты думаешь, с ним случилось?

— Не знаю. Может, он стал призраком пустыни.

Артур тяжело вздохнул. Призраков ему только сейчас не хватало. Однако вся эта загадочная история очень даже соотносилась со словами Саиба о пропавших официантах. А теперь он и сам в некотором роде оказался на их месте. Ждала ли его страшная опасность? Стоило ли ему бояться грядущей премьеры?

Но храбрый юноша предпочитал не думать о плохом, а концентрироваться на цели. Он уже почти заработал достаточную сумму на перелет! Хайсам часто хвалил его, а госпожа не скупилась на гонорар. Удачная премьера и вовсе должна была значительно пополнить его кошелек. А потом (Артур уже в этом не сомневался ни секунды) он сразу же уйдет, забыв о днях своего пребывания в Мире чудес как страшный сон.