Онлайн книга «Мост Невинных»
|
5 декабря Утро было уже не таким безмятежным. Лежа в постели и глядя в складки темно-синего балдахина, Солерн напряженно размышлял над тем, как им выбраться из Байолы в Анжеррас. По словам Николетти, король Людовик Третий передал архитектору дель Фьоре анжерраский замок в пожизненное владение. Там ренольский гений строительства и скончался, оставив после себя библиотеку и обширный архив. Вот только для того, чтобы туда попасть, нужно было как-то миновать окраины столицы, куда даже гвардия и амальские солдаты не рисковали соваться. Ведьма рядом с ним сладко потянулась, перевернулась на бок, лицом к дознавателю, и уставилась на него взглядом сонным и плотоядным одновременно. Ги тут же попытался вспомнить, не осталось ли за ним долгов перед Илёр — а ее рука меж тем оказалась у него на груди и неспешно заскользила по его телу вниз. — О чем ты так мрачно думаешь с утра пораньше? — мурлыкнула ведьма, придвигаясь поближе. — О том, как мне добраться до Анжерраса и вернуться обратно. — Зачем? — удивилась Илёр. Ги коротко рассказал ей о том, что они нашли в Мосте Невинных и об архиве дель Фьоре. Ведьма убрала руку (что несколько разочаровало дознавателя) и скептически заметила: — По-моему, это какая-то чушь. С чего ты взял, что этот дикий мастер непременно нашел тайный ход на чертежах? Он мог наткнуться на него случайно. — Дверь открывается с помощью нажатия плиток в определенном порядке. Он не мог угадать его случайно. — Ну допустим. И что? В этих пыльных бумажках рылись десятки рук, если твои чертежи еще вообще существуют. Людовик Третий был подозрительный сукин сын и наверняка велел их сжечь, чтоб никто не узнал про тайные ходы Байолы. — Да, — с досадой признал Ги. — Может и так. Но все равно нужно попробовать. Илер села, завернувшись в одеяло, и осведомилась: — Надеюсь, ты отдаешь себе отчет, что готов рискнуть своей шеей ради того, чтобы найти убийцу Жана Жильбера, отец которого сам бы с удовольствием эту шею тебе свернул? В чем-то она была права: едва ли Солерн вызывал у Жильбера сколько-нибудь теплые чувства. Однако… — Я дал ему слово, — суховато сказал Ги. — Никто не имеет права убивать людей просто так. К тому же я должен расплатиться с Николетти за помощь. Илёр хмыкнула: — Все равно — зачем тебе так рисковать? Регента едва терпят даже придворные лизоблюды, не говоря уже о гвардии, и я не удивлюсь, если Турвель всадит ему пулю в лоб, не дожидаясь мятежников. — Во дворце обстановка накаляется? — Как угли в топке. Гвардия недовольна арестом парламента, придворные недовольны тем, что амальские солдаты не выпускают их из дворца, регент недоволен гвардией, парламентом, придворными и народом. Между гвардейцами и амальцами вот-вот начнутся драки. — Проклятие! Какого черта им всем неймется?! — А ты все равно хочешь потащиться в Анжеррас, хотя есть занятия поинтересней. — Это, например, какие? — Можешь воспользоваться моментом, взять Фонтанжа за яйца и хорошенько их выкрутить. Ги вздохнул: мысль о мести была сладка. Но, с другой стороны, если он выдаст графа фон Тешену, то потеряет единственную нить, ведущую к претендентам на трон. Сначала надо вытрясти из графа, на кого он поставил, а уж потом… «А ведь всего полгода назад это называлось бы заговором против короны и злоумышлением против монарха», — подумал Солерн. Ведь он не мог даже сам себе ответить — а что, собственно, будет потом? |