Книга Холодный огонь, страница 73 – Александра Торн

— Ушло, – полувопросительно сказал он.

Девушка кивнула.

— Неужели вы не чувствовали? Жар, запах и пепел… Тут же повсюду был пепел!

— Никакого пепла. Иллюзия вашего восприятия.

— Что? – удивилась она.

— Так вы воспринимаете его присутствие.

— А вы его как воспринимаете?

— Никак. И в этом есть своя прелесть. – Джентльмен вытащил из ячейки на поясе колбу с сероватым порошком и высыпал в ладонь небольшую горсточку. – По крайней мере, я обхожусь без галлюцинаций.

— Без… без чего?!

Он подошел к стене и несколькими широкими движениями растер по рисунку порошок. Маргарет с растущим удивлением следила за этими действиями. Рисунок с шипением стал испаряться; джентльмен провел рукой по полосе в снегу и отряхнул ладонь. В воздух поднялся фиолетовый дымок.

— А теперь, мисс, – незнакомец вдруг почему-то оказался очень близко и наклонился к ней, почти нос к носу, – смотрите мне в глаза.

Бреннон оглядел паперть перед церковью, собственно церковь, набережную, мост и длинно, грязно выругался.

— С чего все началось?

— Н-не зн-наю точ-нно, сэр, – просипел Финнел: его все еще мелко трясло. – Мы тут это… закан-н-нчивали, значит, костяки все вытащили, а оно вдруг как за-за-зазвенит!

— Какое еще оно?

— Колокола, – сказал Кеннеди. – В церкви забили колокола.

Патологоанатом выглядел не в пример лучше, несмотря на то, что его основательно помяли в толпе. Он тоже не сводил пронзительного взгляда с церкви, словно сожалел о том, что не может провести вскрытие.

— Вот, – Финнел нервно облизнул губы, – заз-звонили, значит. А как им з-з-звонить, когда вон они, в колокольнях на полу в-валяются, треснутые, что твоя к-к-кастрюля?

— Я уверен, что этому есть логичное объяснение, – заявил Кеннеди.

— Например, какое? – буркнул Натан.

— Ну, я так сразу не скажу…

— А потом?

— Все побежали. – Молодой полицейский съежился, как напуганный ребенок. – Страх-то был – дай б-боже.

— Страх перед чем?

Финнел задумался.

— Не могу сказать, сэр, – наконец ответил он. – Но что-то там было. Внутри, я имею в виду. Оно з-звонило.

— Не разглядели?

Юноша покачал головой и жадно припал к кружке с успокоительным.

— Самое печальное, – проворчал Кеннеди, – что лошади тоже перепугались и понесли. Поэтому я даже не знаю, где мы теперь найдем все кости, которые вынесли из крипты.

— Почему вы вышли из экипажа?

— Мой коллега, профессор Бирн, боится лошадей. Ему показалось, что они чем-то напуганы, и он наотрез отказался сидеть в экипаже, пока их не успокоят.

— Повезло вам. Что он сказал насчет костей?

— Думаю, он сам озвучит свое заключение, когда его приведут в чувство, потому что едва мы начали обсуждение, – Кеннеди сердито повысил голос, – как начался форменный конец света! На что нам нужна полиция, которая удирает неизвестно от чего впереди собственного визга?

— Угу, – мрачно отозвался Бреннон и двинулся к церкви.

Консультант уже был там – сидя на корточках, он изучал через диковинную многоугольную лупу левую створку двери, пока его пес обнюхивал правую.

— Кто приказал снять двери? – спросил Лонгсдейл, не иначе как затылком ощутив присутствие комиссара.

— Шеф пожарной бригады. Они все равно держались на одном честном слове.

Собака крайне недовольно заурчала.

— Зря. – Лонгсдейл поднялся и устало оперся на крыльцо. – На двери кто-то начертил замок, который не позволял нечисти выйти.