Книга Красное бедствие, страница 151 – Рита Хоффман

Так унижаться она, конечно, не стала бы, просто сказала, чтобы убедить его позволить ей остаться.

Мальчишка действительно успокоился, улегся и отвернулся от нее. Вот и славно.

На самом деле ее комнату хорошо отапливали, слуги каждый день приносили дерево для растопки камина, но там, в темном коридоре замка, ей вдруг стало ужасно… одиноко?

Она никогда не признается в этом ни себе, ни тем более калеке, но он был ей нужен. Только сегодня и всего на пару часов – пока не пройдет страх от мысли быть поглощенной сотой силы Верховной.

Ромэйн стояла над распростертым телом лорда Спайка и пыталась подавить подступившую к горлу тошноту. По обе стороны от нее замерли пораженные стражники, за спиной стояли Фэй, Мирай и Хэль. Никто не мог подобрать слов, чтобы объяснить увиденное, они застыли в глухой вязкой тишине, словно насекомые в куске янтаря.

— Зачем он это сделал? – наконец подала голос Фэй.

«Это сделала я», – подумала Ромэйн и бросила взгляд на Хэля.

Он выглядел спокойным и даже не старался изобразить удивление. Раскаяния или сожаления на его лице тоже не отражалось.

— Это наверняка убийство, – резко сказал капитан стражи. – Мы должны задержать вас и…

— Мы никуда не пойдем, – вмешался Хэль.

Ромэйн снова посмотрела на него и положила ладонь на налившуюся кровью татуировку. Теперь она остро чувствовала, когда он использовал свою силу, и ей это не нравилось.

— Лорд упал по неосторожности. Его сын пропал. Вы должны успокоить людей и заверить их, что все будет в порядке. Император будет обязан прислать кого-то, кто заменит Спайка на его посту, – спокойно продолжал Хэль, глядя на одурманенных стражников.

— Что значит пропал? – спросила Фэй, когда капитан и его люди ушли. – Разве лорд Спайк говорил что-то про Атео?

— Говорил, – медленно начала Ромэйн, старательно подбирая слова, – когда мы остались одни в башне.

— Атео сражался вместе с Монти и Дольфом, ты спросила о них?

— Он ничего не знал, – слишком резко ответила Ромэйн. – Думаю, нам нужно убираться отсюда, пока весть о смерти лорда Спайка не дошла до Лаверна.

— Хорошо, – согласилась Фэй.

Она странно посмотрела на Ромэйн. Ничего не сказала, однако ее молчание оказалось куда красноречивее слов.

Врать Фэй Ромэйн еще не приходилось. Она уважала подругу и не позволяла себе осквернять их дружбу ложью.

Но так было прежде. Все изменилось. Она больше не младшая дочь лорда Большого Дома, а единственная наследница, которой приходится принимать тяжелые решения.

Так она успокаивала себя этой ночью.

Идти к Атео было большой ошибкой. Неведомая прежде уверенность в себе затуманила разум, ей казалось, что она с легкостью справится с огромным мужчиной. И о чем она только думала?!

Одно дело – встряхнуть испуганного старика и заставить его выполнить ее требования, и совсем другое – встретиться лицом к лицу с мужчиной, который с легкостью мог сломать ей шею.

«Дура, какая же я дура!»

Обида, злость, разочарование – вот что она испытывала тогда. Ненавидеть весь мир оказалось куда проще, чем следовать заповедям Трех и любить его. Смерть Дольфа стала последней каплей в переполненной чаше ее терпения. Она сломалась. То, что делало ее человеком, надломилось и рассыпалось прахом, а на смену ему явилось нечто злое и темное, нечто, убившее Атео ее руками.