Книга Красное бедствие, страница 128 – Рита Хоффман

«А ты полна сюрпризов, маленькая леди», – подумал Рай, открывая неприметную дверь в каменной стене замка.

Ромэйн скинула капюшон, огляделась и помчалась к лестнице, ведущей вниз, к темницам. Рай едва поспевал за ней и постоянно оглядывался в страхе, что кто-нибудь их увидит. Но им повезло – на пути не повстречалось ни одной живой души.

— Здесь стало так мрачно, – сказала Ромэйн, когда тяжелая деревянная дверь закрылась за ними.

— Хорошо, что они хотя бы сняли трупы, висевшие над входом в крепость, – проворчал Рай, с содроганием вспоминая то, что осталось от Ласточек и лорда Оррена.

Их шаги эхом отражались от каменных стен. Хэль попытался поддержать Ромэйн, когда она оступилась на скользких от влаги ступенях, но девушка вырвала руку из его пальцев и хмуро посмотрела на него.

«Этому негодяю что-то от нее нужно», – подумал Рай, отметив разочарованную гримасу, промелькнувшую на лице Хэля.

— Ты уверена, что хочешь войти? – спросила Фэй, останавливаясь перед толстой металлической дверью.

— Уверена, – ответила Ромэйн и потянула дверь на себя.

Их обдало смрадом гниющей плоти. Рай закашлялся и прикрыл лицо рукавом.

— Сохрани нас Трое, – пробормотал он, пропуская остальных вперед.

Ему не хотелось видеть, что находилось в камерах. Он упорно смотрел себе под ноги и отказывался поднимать голову. Судя по запаху, в темнице кто-то умер, и уже давно.

— Они просто свалили тела в одну кучу и оставили их гнить, – удивленно сказал Хэль.

«Спасибо, приятель, – подумал Рай, – теперь меня будут преследовать кошмары».

— Ты в порядке? – спросила Фэй, обращаясь к Ромэйн.

— Они даже не похоронили их, – вместо ответа сказала та. – Почему?

— Это пища, – тихо сказал Хэль.

— Пища? Для кого? – удивленно спросила Ромэйн.

Рай догадывался, для кого в темницах устроили званый ужин из гниющих тел. Наверняка замок охраняли эмпуссии, а они, скорее всего, не прочь были поживиться падалью.

— Вон там, – вдруг сказал Хэль. – В дальней темнице кто-то есть.

Ромэйн кинулась к клетке, Фэй не успела ее остановить. Девушка замерла перед дверью и заглянула внутрь.

— Мама?

Ее голос дрогнул.

На нее смотрели дикие, лишенные разума глаза. На огрубевших, воспаленных веках не осталось ресниц, кожа на голове покрылась наростами и нарывами. Испачканная нечистотами одежда, бледное лицо с острыми скулами – Ромэйн с трудом узнала в чудовище свою мать.

Подобравшись, демон приготовился к прыжку. Хэль оттолкнул Ромэйн от решетки и встал перед ней, прикрывая. Увидев его, чудовище зашипело и попятилось, мигом передумав нападать.

— Боюсь, твоей матери давно здесь нет, – спокойно сказал Хэль, продолжая закрывать Ромэйн собой.

— Я хочу войти, – твердо сказала она.

— Зрелище не из приятных, – ввернул Рай и досадливо поморщился. – Лучше нам уйти отсюда.

На лице Фэй застыла печать скорби. Ромэйн впервые видела ее такой растерянной, опустошенной. Всегда уверенная в себе и своих действиях, сейчас Фэй выглядела уязвимой. Она смотрела туда, за плечо Хэля, и наверняка видела тварь, в которую превратилась леди ее Дома.

— Коротышка прав, – тихо сказала Фэй. – Нам лучше уйти.

— Я хочу войти, – повторила Ромэйн.

— Она попытается убить тебя, если ты приблизишься, – сказал Хэль.

— Сделай так, чтобы не убила.

Ромэйн не знала, какие силы помогают ему, не знала, кто он на самом деле, и не доверяла ему, но верила, что он не предаст. Он прикрывал ее, отстаивал перед остальными, пытался защитить, и ей было плевать, какие у него мотивы. От таких союзников не отказываются. И если однажды он потребует чего-то взамен, она отдаст это. Если он поможет ей отомстить за семью, если благодаря его силе она увидит, как Лаверн Второй захлебывается собственной кровью, она пожертвует чем угодно.