Книга Тесса Мията невезучая, страница 132 – Джули Абэ

«Отправляйся в дорогу, счастливого пути, только обязательно возвращайся живой и невредимой.

Вернись…»

Город магии… его жители… они ждали, что она к ним еще вернется… Тесса вдруг почувствовала, будто все эти бессмертные, которые радостно кричали со своих мест и махали ей, разом обвили ее руками, заключив в крепкие объятия, и ее маленькое, вынесшее столько испытаний сердечко…

— Возвращайся, как будешь готова. Мы будем ждать, – сказал Кит.

Мими энергично кивнула и прижала Тессу к себе.

— Даже не сомневайся.

Хати пару секунд нерешительно топтался на месте, а потом раскинул руки и обнял обеих девочек сразу.

— Я… это… в общем, ты одна из самых крутых смертных, которых я знаю. Думаю, я буду по тебе скучать.

Тесса с Мими рассмеялись. Оставалось попрощаться еще с одним другом. Не удостоив взглядом Аканэ, которая стояла с лицом мрачнее тучи позади Эбису (все-таки, будем честны, нашлись среди бессмертных и те, у кого Тесса не вызывала особого восторга), она бросилась к Киту и крепко-крепко его обняла.

— До новой встречи.

Кит кивнул и тихо произнес, эхом повторив за толпой:

— Иттерашаи.

Тесса подхватила Рю и Тору, посадила их себе на плечи. Бумажные звери устроились поудобнее и прижались к Тессе, приготовившись к путешествию. Тесса повернулась лицом к тории. Город магии навсегда останется с ней. Как и Кит, и Мими, и Хати, и… Джин. Куда бы она ни направилась, они вечно будут жить в ее сердце. И по счастью, в ее памяти.

Она в последний раз повернулась и махнула друзьям рукой:

— Иттекимасу.

Я ухожу…

Но в это коротенькое прощальное слово было вплетено и обещание вернуться.

Я ухожу – но я вернусь.

Обязательно.

По одной из узких улочек, что ведут к храму Сэнсо-дзи в Асакусе, шагает высокий мальчик. Сегодня величественные красоты древнего храма не вызывают у него интереса, поэтому он сворачивает на другую улочку, потом на следующую. В правой руке мальчик держит шариковую ручку, которую крутит, словно миниатюрный боевой посох.

Заглянув в магазин, Джин Уехара покупает бутылочку якульта и большой блокнот, а потом направляется к ближайшему парку. Там он садится на узкую скамейку под раскидистым деревом (сучья у него такие толстые и узловатые, что ему можно дать лет тысячу, не меньше). В парке, как всегда, полно детей: одни увлеченно копают ямки в песке, другие с радостными воплями гоняют мяч. Джин отпивает из бутылочки с йогуртом – этот вкус вызывает у него приятные, хоть и немного грустные, воспоминания – и глядит на белый лист перед собой.

В последнее время он очень много рисует. Впервые в жизни ему никто не мешает заниматься любимым делом. После школы он возвращается домой, где его ждет мама. За ужином она спросит, что он сейчас рисует, о чем будет его новая манга, достаточно ли у него бумаги и прочих принадлежностей и чем бы он хотел заняться на выходных.

Но в этот парк он пришел вовсе не для того, чтобы порисовать. Джин постукивает ручкой по пустой странице блокнота, вторя ритму, с которым ребятишки пинают мяч. Стук. Стук, стук.

Он здесь для того, чтобы снова написать письмо. Письмо, которое так и не будет отправлено. Письмо, о котором мама – его прекрасная мама, которая души в нем не чает и поощряет все, что он делает, – не имеет ни малейшего понятия. Потому что оно адресовано тем, кого его мама как раз не одобряет. Тем, кто запросто общается с богами, будто они сами часть пантеона… тем, кто ступил на путь, в конце которого их ждет бессмертие… В конце концов, клан несчастья, в рядах которого были и двое смертных, совершил невозможное, одержав победу в финальной битве нового Цикла…