Книга Изгой, страница 115 – Андрей Никонов

— Мел Пайпер, – показал на нее Веласкес. – Какая-то певичка из Сентаменто, придется взять у нее интервью.

— Это же Мел Пайпер, которая поет «Me Fode», ты вообще музыку слушаешь? Эту песню все знают, она самая популярная, особенно среди таких же, как ты, прыщавых подростков.

— Я в курсе, – поморщился Павел, пропуская оскорбление мимо ушей, – мне уже успели рассказать и даже напеть.

— Еще раз повторю, она популярная, дружок. Смотри, у нее охранников больше, чем у нас копов в отделении, а ты просто подойдешь к ней и скажешь, мол, привет, я репортеришко из занюханной газетенки Нижнего города, хочу задать тебе несколько вопросов?

— Это моя работа, детектив. Кстати, именно так ты ко мне и подошла сегодня, а вообще – да, один вопрос задам.

— Какой?

— Про сцепленные кольца, это очень интересует наших читателей.

— Понятно, почему послали тебя. – Настя насмешливо поглядела на Веласкеса. – И все равно тебе к ней не пробиться.

Павел пожал плечами, продолжая водить головой, а вместе с ней камерой, по толпе.

— Спорим? – не унималась Волкова, она самой себе не смогла бы ответить на вопрос, почему это делает, настолько этот самовлюбленный придурок ее раздражал.

— Хорошо, если я выигрываю, ты от меня отстанешь.

— Ладно. А если выиграю я, ты отвечаешь на мои вопросы. На все мои вопросы.

— Нет, так не пойдет. Но расскажу, что знаю о той женщине, которую ты мне показала.

— Все расскажешь?

— Да.

— Договорились, – Настя довольно улыбнулась, – иди, позорься. И возвращайся поскорее, у нас есть о чем поговорить.

Веласкес протолкался через первый ряд охраны, его пропустили, просканировав репортерский чип, потом через второй, тут помог значок; оставался третий, охранники певички окружили свою клиентку, и чтобы подойти к ней, нужно было пройти либо через них, либо перепрыгнуть выставленные барьеры. Пайпер стояла в отдалении, рядом с вагончиком, две девушки порхали вокруг нее, наводя на певичку марафет. Рядом с ней смуглый мужчина с бородкой и в бейсболке уставился в планшет, словно происходящее вокруг его не касалось.

Дорогу Павлу преградил типичный бодигард, высокий, широкоплечий и надменный, с кобурой под пиджаком.

— Мисс Пайпер не дает интервью, – заученно сказал он, глядя на карточку с чипом. – Присоединитесь к другим репортерам.

Веласкес помахал своим браслетом, отчего охранник напрягся и потянулся к оружию, а другие посмотрели в его сторону. Один из них раньше работал на Карпова, он подошел к репортеру, крепко сжал его руку.

— Павел, ты что здесь делаешь? Как тебя занесло в эту дыру? Я думал, ты берешь интервью только у приличных людей.

— Приходится заниматься чем скажут.

— К ней нельзя, – охранник мотнул головой в сторону певички, – рад бы помочь, но меня потом взгреют.

— Этот, который рядом с ней?

— Том Орнсби, менеджер, тот еще говнюк. Но платит хорошо.

— Будь другом, скажи, что я от мисс Ласкер, он должен быть в курсе.

Охранник недоверчиво кивнул, подошел к бородатому, сказал что-то, показывая на Павла рукой, менеджер сморщился, словно лимон прожевал, сверился с планшетом и кивнул головой.

— У тебя три минуты. – Охранник затащил Павла внутрь периметра, Настя было дернулась за ними, но ее не пустили. – От самой Эми Ласкер? Ты важная персона, приятель.

Веласкес только улыбнулся. Жена Кавендиша, Эмили, в свое время была куда более знаменита, чем эта певичка, и до сих пор чувствовала себя в музыкальной тусовке как рыба в воде. Поэтому Орнсби встретил Павла слащавой улыбкой, отвел подальше от толпы, сделал Мелани знак, та недовольно надулась, но подошла.