Книга Дурная кровь, страница 125 – Андрей Никонов

— Зачем они тебе, – не унимался Смолин, – ты даже не сможешь их продать.

Но курьер не отвечал. Он уселся в кресло, положил чемоданчик перед собой. Лицо его побледнело, на лбу показались капли пота.

Смолин ждал, этот ублюдок должен был сдохнуть сам, шарики стоили по пятьдесят миллионов каждый, и покупатель заберёт их уже завтра.

Но тут дверь в помещение распахнулась, и в комнату ворвались бойцы в серых комбинезонах, они в момент упаковали хозяина и инженера и вынесли их в коридор.

— Снаружи? – спросил курьер.

— Всё чисто, – доложил высокий лысый негр. – Сержант Рунге, сэр.

— Восемь минут, – курьер поморщился. – Неплохо, Рунге. А теперь, что у тебя есть – аптечка или спасательный вертолёт? А то я сейчас сдохну.

— И то, и другое, сэр, помощь уже в пути. Кац, Родригес, помогите капитану подняться наверх.

Курьер, он же капитан, едва стоял на ногах, но не забыл забрать чемоданчик с собой. Правда, перед этим к нему подошёл молодой парень, снял со своей руки браслет и секунд десять держал его ладонь в своих.

— Ты у нас ходячая аптечка, Веласкес, – Рунге усмехнулся. – Даже жаль с тобой расставаться.

— Как мы узнали, что капитан здесь? У него же всё отобрали, – Павел с интересом оглядывал комнату. – Я видел такое в Службе контроля, отсюда не выходит ни один сигнал, даже значок фирмы «Майск-охрана», которая их делает, тот же стоит. Капсула тишины, так они её называют.

— Чемоданчик, – Рунге похлопал его по плечу, – не знаю, как он работает, но стоит его открыть, и никакая защита не спасает, мы точно знаем, где какая-нибудь сволочь решила прикарманить собственность Сил обороны. Идём, надо отпустить остальные пять групп.

Январь 335 года от Разделения

Павел поднялся наверх, кивнул на камеру.

— Отключена, – Серхио пялился в телевизор. – Остальные останутся там? Надо убраться? Могу вызвать ребят, они за два часа управятся.

— Пока обожди. На улице чисто?

— Как всегда.

Камеру на улице чинили с того самого дня, как открылся бар. Павел похлопал Серхио по плечу, сильно сжал, придержал расслабившееся тело, уложил на диван. Оставлять бармена в живых было рискованно, но Веласкес не собирался его убивать. Он достал из кармана шприц, вколол Серхио содержимое в шею – стиратель убирал воспоминания за последний час, причём куда эффективнее, чем если бы это маг сделал сам. Веласкес забрал чемоданчик и спустился вниз, там всё было по-прежнему. Рафаэль валялся на полу без сознания, а Гомеш-младший сидел за столом, приклеенный фиксаторами к столешнице и стулу.

— Ты хоть знаешь, что я с тобой сделаю, мразь? – Эйтор хоть и был испуган, но виду не подавал. – Одно моё слово, и тебя отправят на корм рыбам.

— Как Стеллу Марковиц? – Павел присел возле Рафаэля, вколол тому две дозы, они гарантированно вышибали не только воспоминания, но и способность нормально соображать в ближайшие две-три недели. – Чем таким занимался репортёр, что вы прихлопнули сначала его, а потом его жену?

— Да пошёл ты, – Эйтор плюнул, но в Веласкеса не попал.

Павел подошёл к нему, достал ещё один шприц – с наркотиком, вогнал иглу капитану в шею, положил ладони на виски.

— Не хочешь сам рассказать?

Гомеш-младший разразился новыми угрозами, которые перешли в вопли и стоны. Но дверь в подвал со значком фирмы «Майск-охрана» была закрыта, и наружу не прорывался ни один звук.