Книга Принц стужи, страница 95 – Алекс Каменев

Хм-м… А не в этом ли корень негативных настроений, связанных с нежеланием воевать некоторых Мамонтовых и Демидовых?

Разговор с Альбертом никак не уходил из головы, напоминая о странных намеках иногда вот таким причудливым образом.

Чувствуют уязвимость? Уральские мастера и золотые банкиры. Изменившиеся правила игры и напряженная обстановка в условиях надвигающейся глобальной войны могли повлиять на мировоззрение отдельных представителей рода. Сначала один, потом другой, и пошло-поехало, пока не образовалось некое подобие «альтернативного взгляда на происходящее в мире».

Проклятье! Это могло бы многое объяснить. Неужели мне «повезло» наблюдать зарождение раскола в Триумвирате? Если правда, то это полный…

Или я себя просто накручиваю? И никакого заговора в помине нет. Может, присутствуют отдельные недовольные личности и все? Только когда же их не бывало? Обычное дело…

— Кстати, – небрежно обронил я. – Ты уже в курсе, что я теперь счастливый обладатель эксклюзивного острова под названием Авалон?

Григорий вздрогнул, с трудом выплывая из наведенных грез видений грядущего.

— Что? – переспросил он.

Голос провидца звучал отвлеченно, невидящий взгляд с трудом сфокусировался на мне. Разум не мог за один миг переключиться между реальностями.

На то и расчет.

— Бывшие хозяева оказались так добры, что не успели полностью подтереть память бортового компьютера, – продолжил я, с академическим любопытством наблюдая, как пророк приходит в себя, сосредотачиваясь на разговоре.

Выглядел молодой Мамонтов донельзя рассеянным. Как интересно, вот значит, что бывает, если резко выдернуть провидца из видений будущего. Надо запомнить, пригодится.

Проводя спонтанный эксперимент, раскаяния я не испытывал.

— Чертежи, схемы, цепочки заклинаний – все, что нужно для воссоздания артефактов, позволяющих поддерживать остров в воздухе, – говорил я, не отрывая пристального взора от лица собеседника.

Стоило признать, приходил он в себя достаточно быстро. Взгляд приобрел осмысленность, отрешенное выражение лица исчезло, заменив привычную сосредоточенность.

— Изучаешь? – беззлобно осведомился Григорий. Он моментально понял, что я только что проделал. – Вот за это вас, ледышки, и недолюбливают. Порой вы не знаете границ собственной жестокости.

Я смутился. Впрочем, особого сожаления я все еще не испытывал.

— Так тебя это интересует? – спросил я.

Банкир с силой потер переносицу, отхлебнул из бокала с водой и долькой лимона, стоящего перед каждым посетителем ресторана, и лишь после этого ответил:

— Конечно, интересует, – устало сказал он. – Сам же знаешь. Поэтому и приберег для удачного момента. Разве не так? Знал, что я не смогу отказаться от столь лакомой наживки.

Я непринужденно кивнул. Глупо оправдываться за очевидное.

— И за информацию ты, наверное, хочешь тот самый миллиард, – Григорий полностью пришел в себя и глядел на меня слегка насмешливо.

Наивный, думал, что разгадал мой немудреный план. Ага, держи карман шире.

— Секрет создания подобных Авалону стоит больше миллиарда, – невинно заметил я. – Намного больше.

Молодой Мамонтов поперхнулся. Забытый бокал с дурацким лимоном оказался решительно отставлен в сторону.

— Да ты спятил! – возмущенно вскинулся провидец, он понял, на что я намекаю, и это ему совершенно не понравилось.