Книга Возвращение повелителя. Книга II, страница 103 – Александр Владыкин

— А она почему так сидит? — спросила Екатерина, показывая на «пантеру».

— Так полагается в Мезинаре, — ответил князь. — Но вы правы, ваше высочество. Сейчас мы в Российской империи, и это выглядит неуместно, так что…

Он приказал что-то «варне», та тут же вскочила и села на один из свободных стульев. Интересные в ином мире обычаи, подумала Великая княжна и осознала, что совсем не отказалась бы, если бы князь Андрей сидел рядом с ней так же — у нее в ногах и преданно глядя на нее. А потом, ночью… Чтобы не показать свое смущение от этой стыдной мысли, Екатерина чуть наклонила голову и пригубила вино…

Пикник наш в охотничьем домике, вернее — возле него, постепенно подходил к концу. Все уже наелись, напились, пора и к беседе с Великой княжной тет-а-тет приступать. Напились, конечно, не в том смысле, что допьяна, но для расслабления достаточно. И вино, к слову, наливали далеко не всем. Оборотницам Венира попросила подать сок. Правильное решение. Учитывая взрывной характер этой расы, пить девушкам лучше не стоит. А я вот что-то об этом не подумал и сейчас видел, как в глазах Сигры иногда вспыхивают огоньки, которые говорят о том, что она достигла, скажем так, состояния повышенной активности. Ладно, с этим я разберусь, если что. Одна пантера — это не двадцать одна волчица плюс пантера.

А вообще, за двумя столами, за которыми сидели девушки, царило прекрасное настроение. Кажется, мои новые подданные окончательно поняли, что ничего страшного им у меня не грозит. И даже наоборот — вполне может статься, что они, будучи отвергнуты своим племенем, вытянули счастливый билет. По крайней мере, то, что им рассказала об их будущей жизни Венира, их явно вдохновило.

Куда напряженнее была обстановка за нашим столом. Ди не могла удержаться, чтобы не бросать презрительных взглядов на Сигру, которая поначалу ежилась от соседства с вампиршей, а теперь начала отвечать не менее неблагожелательными взглядами. Руслан чувствовал себя неуютно в компании наследницы престола — все-таки для него она была недосягаемой величиной. Сама же «ее высочество», видимо, никак не могла понять, в роли кого она здесь находится — почетной гостьи или пленницы. Короче, великолепным мясом по-настоящему насладились только я и Матвеич, который любую ситуацию умудрялся воспринимать как нечто само собой разумеещееся.

— Ваше высочество, — обратился я к Екатерине, которая сразу резко повернула ко мне голову, что выдавало ее тщательно скрываемое, но очевидно присутствовавшее нервное напряжение. — Хочу попросить вас уделить мне время для важного разговора. Окажете мне такую честь?

Я старался говорить как можно вежливее и мягче. Как-никак и Великая княжна, и просто очень красивая молодая девушка, и состояние ее мне было понятно. Сейчас с ней надо аккуратнее обращаться.

Екатерина уже, было, открыла рот, чтобы что-то мне ответить, надеюсь, положительное, как тут же его и захлопнула. Невдалеке раздался протяжный волчий вой.

— Это еще что такое? — спросил я Матвеича. — Откуда так недалеко от моего Нижнеуральска волки?

— Так, они не только здесь, везде по всему княжеству, — ответил Матвеич. — Слуги говорят, что к самым воротам этой заимки иногда подходят. И у Любы вас целая стопка просьб от крестьян и фермеров ждет. Совсем замучили их эти хищники. Просят извести их.