Онлайн книга «Относительность предопределенности»
|
Эй! А кто будет петь, Если все будут спать? Смерть стоит того, чтобы жить, А любовь – стоит того, чтобы ждать… Нати слушала, и её глаза отражали огонь костра. — Красивые слова, Миша… И они – правда! Она прижалась к Мигелю, и в этот самый миг он понял: всё сошлось. Случайная песня из будущего, юношеская память, ледяная ночь Похьолы и нежное тепло любимой женщины. Случайности… Но в них и был промысел Судьбы. Там же, позже Утро застало парочку у костра. Небо над моренным гребнем светлело, и лёд, затмивший горизонт, мерцал, словно гигантская стена из серебра. Мигель сидел, обняв колени, задумчивый и как будто просветленный. — Знаешь, Нати… – медленно выговорил он. – Эта «стена» не стоит на месте… Она движется. В холодные века спускается южнее, в тёплые – отступает к северу. Понимаешь, что это значит? Женщина лукаво прищурилась. — Что? — Это значит: мы ходим по сокровищам! – вытолкнул Мигель с юношеской горячностью. – Лёд миллионы лет тащил с собой камни со всех гор, дробил их, шлифовал. Здесь, в моренах, лежит всё: металлы, самоцветы… Да что угодно! Нати улыбнулась – не насмешливо, а так, будто ждала, когда же он сам поймёт всем ведомую истину. — Ты говоришь, как учёный! А я подтвержу, как нойодка. Мы знаем: лёд не только страшен, он щедр! Иногда в глетчерных озёрах под Стеной находили самородки золота. Большие, Миша! С твой кулак! А бывало, что и алмазы попадались… Мигель вскинул голову – небосвод на востоке окрасился розовым. Всходило солнце. — А пойдем, погуляем? — Пошли! – обрадовалась Нати. – Коста только к вечеру за нами приедет. Весь день – наш! * * * Держась за руки, они шли вдоль морены, где талая вода из ледника сочилась в маленькие ручьи. С любопытством осматриваясь, Мигель заметил среди валунов странный булыжник: не серый гранит и не розовый кварц, а тёмно-бурый, словно обугленный. Он поднял его – и едва не выронил. — Ничего себе! Да он раз в пять тяжелее, чем выглядит! Нати приблизилась, всмотрелась. Поверхность камня была неровной, с матовой стекловидной коркой. В трещинах проблескивали желтоватые и зеленоватые прожилки. — Это не обычный камень, – сказала Иверень, пугаясь. – Он падал с неба – и плавился в воздухе! А внутри – металл. Сенизо провёл пальцем по гладкой трещине, где из-под чёрной оболочки сверкало что-то плотное, серо-металлическое. — Значит, ядро уцелело… Может быть, платина? Нати отрицательно замотала головой. — Нет… Миша, брось его! Он радиоактивный… Я чувствую – этот булыжник излучает смерть! Сенизо выпустил камень из рук. — Ты уверена? Нати серьезно кивнула. — На кафедре радиологии в универе нам показывали минералы урана. Некоторые светились в темноте. Я узнала этот блеск сразу. Радиация убивает даже без огня – этот яд невидим! – она прищурилась, глядя на Великую Стену. – Такие камни – дар и проклятие. С ними нельзя играть. Их можно лишь хранить – и ждать часа, когда они сами откроют свою силу. Сенизо ничего не ответил. А вот в глазах его разгорелся мрачный огонь: он разглядел в чёрном «небесном камне» именно дар – очень опасный дар, воистину диавольский. — Кажется, у меня скоро будет дубинка на этих шведских парней… – прошептал Мигель после долгой паузы. Документ 12 Председателю КГБ СССР Е. В. фон Ливен РАПОРТ-ДОКЛАД № 31/19 |