Онлайн книга «Относительность предопределенности»
|
Талия тяжко вздохнула. — И верю, и не верю… – забормотала она. Неуклюже развернувшись, она оглядела сидевших позади. – Шалом! – вырвалось у нее, и все дружно засмеялись, а пуще дружной четверки развеселилась пятая – сама Алон. — Ой, мы даже не представились! – воскликнула «Рожкова», кладя ладонь на плечо Ерошина. – Это Дима! — А меня тоже Наташей зовут! Здрасте! — Тимофей, – скупо улыбнулся Зимин. — А я – Лея! А мою маму зовут Натальей… Натальей Мстиславовной Иверневой. Так что вот… — О, Господи… – пробормотала Талия. — Вы и к этому привыкнете! – расплылась «Рожкова». – Просто в каждом из миров Сопределья, не считая «Дельту», проживает одно и то же человечество. И почти у всех из «Альфы» существуют двойники в «Бете» и в «Гамме»… — Почти? – растерянно промямлила Алон. — У меня, вот, двойников не найдено, – сказал Ерошин с ноткой гордости. — Дима – единственный в своем роде! – хихикнула Натали. — Да нет, – улыбнулась «Рожкова», – я, например, тоже неповторима! Вообще же, по статистике, один человек из миллиона не имеет репликантов в сопредельных пространствах. Знаете, я думала над подобными… м-м… исключениями, и пришла к выводу, что практически все они результат одного и того же правила – межпространственного «попаданства», случайного или намеренного. Но, если проследить судьбы потомков таких «аномальных особей», то через несколько поколений «людская» симметрия трех пространств восстанавливается. — Ага… – Талия отерла лицо ладонями. – А твоя мама… Лея, стало быть, мой двойник? — Лучше говорить «альфа-версия», поскольку фенотипы могут разниться. Вы очень похожи на маму, но… лицо у нее все-таки другое. Но вот на генном уровне вы абсолютно идентичны! Ерошин неожиданно фыркнул смешливо, и захохотал. — Ты чего? – удивилась «Рожкова». — Я чего? Это мы все – чего! Может, разнообразия ради, выйдем из машины? Хохоча, все пятеро вылезли из тесного «уазика», а Талия вдруг охнула, зашипела и, резко отвернувшись, полезла за пазуху. — Ай! – выцепив подвеску, она уронила ее, обжегшись, но Дима ловко поймал украшение. — О, так вы, все-таки, нашли ее? – обрадовался он. — Д-да… – пролепетала археологиня. – Жжется… — Понятное дело! Вы же паранорм… — Пара… Как-как? — Паранорм! Да мы все тут – паранормы… Алон длинно вздохнула. — Я и к этому привыкну. Наверное… Пятница, 8 февраля. День «Гамма» Тель-Авив, улица Саламе Комиссар был очень зол с самого утра. По правде говоря, он злился еще с вечера среды, когда ему доложили о нападении головорезов Бени Шломо на лагерь археологов, и об исчезновении Талии Алон. Нет, конечно, Глебский, как и любой нормальный человек, очень рад был, что смазливая доктор наук не угодила в лапы бандитов. Но кто вмешался в разборку? Кто спас – или похитил! – Талию? Разумеется, мафиози даже не заикнулись о метких очередях из «калашникова», просадивших шины и радиаторы навороченных джипов. Зато студенты просто кудахтали от восторга! А когда Калев Мозес вежливо попросил скачать видео с регистраторов их машин, то те и вовсе взвыли от счастья. Неужто еще и запись есть этой перестрелки – потрясающей, захватывающей, как в настоящем боевике?! С утра в четверг стало известно, что доктор Алон отзвонилась друзьям – дескать, жива-здорова, чего и вам желаю – но где она обитает нынче, никому не сказала. Комиссар лично связался с пройдошливым Моше Рамоном, и тот бодро отчитался, что да, разговаривал с Талией по «Скайпу». Никакой подавленности, никакого испуга – оживлена подруга, бела и румяна. На вопрос: «А ты куда умахнула, вообще?» ответила загадочным: «Как-нибудь потом расскажу!» |