Книга По ту сторону барьера. Книга 1, страница 75 – Эмили Ли

— Можно разобрать один из хлевов, животных временно объединить. Это самый быстрый способ добыть материал.

Чонсок одобрительно кивнул.

— Мы с ребятами принесем камни, что собирали для укрепления баррикады, – подал голос Давид.

— Отлично, несите всё, что найдете, – похвалил Чонсок. – Ещё нужны люди и носилки, чтобы доставить раненых в лечебницу.

— Но Лоран… нездоровится… – проговорил кто-то.

— Лайя умеет лечить, – ответил Чонсок, а потом хлопнул в ладоши и сказал ещё громче, подгоняя: – Времени до заката много. Вперед! – Он быстрым шагом направился к Давиду, говоря уже ему: – Показывай, где камни.

Отряд с Давидом дружно развернулся и ушел прочь, уводя за собой и Чонсока. Аларик, видя нерешительность остальных, проглотил одолевавшую его злость и стал раздавать приказы, организовывая доставку раненых. В словах чужака была логика, и игнорировать их сыну ведьмы не позволила совесть и любовь к городу, что был его домом.

Тэруми смотрела вслед Чонсоку и сердилась. Он не отошел ещё от прошлых ран. Сейчас тоже небось на грани физического истощения, и вот, собрался камни носить. Она прикрыла глаза, пытаясь справиться со своей злостью. Проклятый город. Проклятые люди. Уйти отсюда. Всё, чего ей хотелось.

— Тэ, пойдем со мной в лечебницу, поможешь мне, – сказала подошедшая Лайя.

— Они пытались нас убить, – напомнила ей азурианка. – И сделали бы это, если бы наргсы не спасли нас.

Тэруми захохотала, понимая, что сейчас сказала. Лайя тоже громко засмеялась, запрокидывая голову. Когда охватившее нервное веселье прошло, ведьма призналась:

— Я именно так и сказала Фенрису, когда он мне предложил послушаться Чонсока.

— Черт, я разочарована. Не ожидала от угрюмого такого…

— Его действия продиктованы менее благородными порывами в отличие от Чона. Я надеюсь… – хихикнув, добавила она.

— Да-да, это в наших интересах. Больше выживет – больше защитников города, – недовольно проворчала Тэруми. – Но как по мне, больше выживет – больше врагов.

Лайя выставила вперед кулак, показывая, что солидарна с её мнением. Тэруми стукнула сверху своим. Девушки отправились в лечебницу, куда уже приводили и приносили раненых людей. Фенрис остался на стене, следя за местностью и периодически возобновляя ледяные стены, которые довольно быстро таяли от разгулявшегося летнего солнца.

Два проема в стене было кое-как завалено. С той стороны шаткую конструкцию подпирала заново возведенная стена изо льда. В лечебнице пришлось оставить особенно тяжело раненных, остальные, получив лечение, оказывали посильную помощь там, где она была нужна.

Магия Лайи была выпита дотла, так много ушло сил на лечение изимцев. Ей стало казаться, что даже их связь с Фенрисом не была способна восстановить внутренний резерв. К вечеру ведьма мечтала об одиночестве и купальне, тихо ненавидя Лоран, которая так не вовремя решила впасть в свой маразм, или во что она там впадала.

Тэруми много часов готовила зелья, периодически открыто проклиная Чонсока, Фенриса и саму Лайю. Чонсока – за бредовые идеи всех спасти. Фенриса – за то, что великий стратег уже наверняка что-то там в своей старой седой голове просчитал и поддержал Чона. Лайю – за слабохарактерность и привычку во всем соглашаться с угрюмым. И себя за то, что продолжала варить проклятое варево… Хорошо, что хоть не нужно было никого перевязывать и слушать их нытье – несколько изимок помогало ведьмочке.