Книга По ту сторону барьера. Книга 1, страница 60 – Эмили Ли

— Здесь не любят эльфов. Почему?

Формулировка вызвала смех у Давида и улыбку у Ирвина.

— Всё дерьмо, что творится вокруг, – сказал с присущим ему задором и весельем Давид, – происходит везде. Так остроухие ещё и войну начали. Они ж на людей напали сразу после того, как поняли, что выход барьер закрыл. Нас обвинили в этом. С тех пор и воюем. А кто там был прав или виноват? За столько веков уже и неважно…

— Если из города нельзя выйти, то как же вы воюете? – не понял Чонсок.

— Чего ж нельзя? – удивился Давид. – Можно. Блуждающие монстры иногда уходят. А как надолго? Это всегда интрига. Вот так вышел, а вернуться не можешь. А ночью-то змеи, да и ещё какая зараза бродит. Или идешь домой с добычей, а тебя блуждающие твари из воздуха разорвали. Поэтому ребята редко рискуют, но рискуют. Уходят охотиться. Места, где есть нормальные животные неблизко. На той территории и эльфы охотятся. За это и воюем. За пищу. Бывает, остроухие в город проникают, воруют. Тоже рискуют, ведь те монстры и ими не брезгуют. Но голод, он такой… Некоторых ловим. Но чаще, конечно, ловят наших. Последние три отряда так и не вернулись. Испытывать удачу пока не спешим. Да и лето – сытное время. – Он вдруг посмотрел на Фенриса оценивающим взглядом, как смотрит купец на лошадь перед покупкой. – И вообще, сразу видно, что ты не их. Таких холеных ещё ни разу не было. А только на мою память штук пятнадцать переловили. Откормлен. Причесан. Одежда новая.

Лайя изумленно посмотрела на Фенриса. Худое, тренированное тело; волосы, что сейчас местами изменили цвет от грязи; порванная, в крови одежда. Это значит откормлен, причесан и в новой одежде? Как же тогда выглядят те эльфы, которых они ловили?

Тэруми, услышав характеристику Фенриса, засмеялась. Давид сразу же широко улыбнулся и протянул ей руку.

— Меня, кстати, Давид зовут.

Тэруми коротко пожала его руку и сказала:

— Тэруми.

Мужчина недоуменно почесал в затылке.

— Сложно как-то, – признался он спустя паузу. – А попроще у тебя там имени нет?

Тэруми снова засмеялась.

— А ты забавный, здоровяк, – иронично ответила азурианка.

— Ты тоже мне сразу понравилась, – искренне признался Давид, сияя.

Лайя несильным ударом локтя остановила гневную фразу Чонсока: «А ты мне нет!»

— Я Лайя, – представилась она, отвлекая внимание на себя.

— Тоже не очень имечко, – заключил он. – Ох уж эти иностранцы…

— Пойдемте, я покажу вам наш скотный двор в южной стороне, потом отведу в купальню. Сейчас, пока все заняты на работах, она свободна, сможете привести себя в порядок, – сказал Ирвин и махнул рукой, зовя идти за собой.

По дороге к животным Чонсок занял внимание Ирвина вопросами. Сколько проживает людей в Изиме, как много удается собрать урожая, есть ли возможность в зимнее время выращивать что-то в домах… Когда подошли к строениям, где содержались коровы, овцы, куры, Чонсок засыпал новой порцией вопросов, связанных с их содержанием. Ирвин охотно отвечал. Серые глаза изимца одобрительно смотрели на высокого чужака: впервые он встретил человека, который настолько хорошо разбирался в сельскохозяйственных вопросах.

Лайя к их разговорам не прислушивалась, её больше занимали блуждающие монстры и заклинания. Она прокручивала у себя в голове заклинания, которые знала, и думала, как их можно изменить, чтобы обезопасить людей от нематериальной угрозы. Хотя нет, не людей. Чона. Она, да и Фенрис, не будут же с ним всё время рядом. А если защита Лоран вдруг падет, и твари проникнут в остальную часть Изимы?