Книга По ту сторону барьера. Книга 1, страница 117 – Эмили Ли

— То есть, чисто теоретически, она может быть ещё жива и может убрать блуждающих монстров? – предположила Тэруми.

— Если она за столько лет это не сделала, с чего бы ей делать это сейчас? – скептически заметила Лайя.

Чонсок всё это время молчал, поэтому Фенрис перевел взгляд на него.

— Разведчики Лариона могли не вернуться по той простой причине, что помимо блуждающих монстров на этой земле есть ещё и обычные, – проговорил задумчиво Чон. – И всё же я склонен считать, что Изима и Дэйлор – единственные выжившие города, как и сказала нам сразу же Лоран. Ларион и Маримэль обладали особой силой, она и защищала Изиму, не думаю, что среди повстанцев были ещё такие пары. Поэтому вопрос гибели других городов был лишь вопросом времени. И найденные Тэруми руины – ещё одно доказательство этой теории. – Он устало потер плечо и посмотрел на Фенриса: – Что было дальше?

— Дальше записи вела ведьма Джоанна. Она подробно описала первую энергетическую волну, которая появилась внезапно и унесла жизни всех магов, выжили только дети, возраст которых не достиг одиннадцати. Из людей с даром в городе осталось сорок две ведьмы, двенадцать из которых были светлыми, и десять детей-магов. Верховная ведьма Маримэль после смерти Лариона обезумела, а потом и вовсе пропала. Ещё через несколько недель внутренняя связь ведьм с ней исчезла. Им пришлось избрать себе новую Верховную ведьму, справедливо полагая, что Маримэль погибла. Все последующие годы были более-менее ровными и занятыми только попытками выжить. Убивающая волна продолжала регулярно появляться, постепенно забирая с собой детей, достигших возраста полного открытия дара. – Фенрис на какое-то время умолк, а потом подытожил: – Учитывая всё, что удалось узнать, уже понятно, что к эльфам всё же придется наведаться.

— Как ты себе это представляешь? – с сарказмом спросила Тэруми.

— Пока смутно, нужно ещё выяснить, что знает Лоран. Они допрашивали эльфов.

— Одного мы тебя к эльфам не отпустим, – сразу сказал Чонсок. – В идеале, поймать бы кого-нибудь из них и передать весточку в Дэйлор с просьбой о переговорах.

— Разберемся, – задумчиво проговорил Фенрис своё, ставшее любимым, слово.

Лайя примерно уже догадывалась, что там может быть в голове у любимого, поэтому отложила все украшения и взяла его за руки.

— Ты никуда не пойдешь один, – твердо сказала она, заглядывая ему в глаза. – Поклянись.

Фенрис не спешил что-то говорить, а когда на него требовательно уставились азуры, попытался воззвать их к голосу разума:

— В одиночку у меня больше шансов попасть в Дэйлор. Эльф в окружении людей не лучшее начало для переговоров.

— Нет.

— Исключено.

— Поклянись.

Фенрис непривычно эмоционально вскочил и заходил по комнате, явно злясь. Все трое с одинаково непоколебимым выражением лица без малейшего намека на сострадание наблюдали за попыткой эльфа взять себя в руки.

— Вы не понимаете!

— Куда уж нам, – едва слышно съязвила Тэруми.

— Я не буду клясться!

— Если ты уйдешь, то я пойду за тобой, – пригрозила Лайя.

Фенрис всплеснул руками.

— Что за детские попытки манипулировать?!

— За Лайей увяжется Тэ, за ней – я, и мы все сгинем по твоей вине, – смакуя собственное злорадство, произнес Чонсок, понимая, что против этого нет приема.

Последовала неразборчивая речь на эльфийском, явно нецензурного содержания, а после злое: