Книга Тамам Шуд, страница 6 – Евгения Ульяничева

Женщина рядом была похожа на Серебрянку. Очень высокая, с голой грудью и чистой головой, с сильными руками и глазами, как у мальчика Первых.

— Ты корабелла, — выдохнула Серебрянка, когда вспомнила речь.

— Как и ты, — ответили ей.

Корабелла поднялась, распрямляясь во весь рост. Кожа ее была бронзовой, исхлестанной белыми шрамами. Сложный узор цвета пыльцы спускался от подбородка к самым щиколоткам. Серебрянка помнила, что рисунок каждой арфы корабеллы — уникален. Она еще не обзавелась собственным.

— Зови меня Талулла, — низким, плотным голосом сказала корабелла. — Как нам называть тебя, маленькая сестра?

— Серебрянка. Нам..? Здесь много таких?

— Пойдем со мной, Серебрянка.

Корабелла послушно сошла с платформы. Случайно задела пяткой лепесток, от чего по ворсу прошла легкая волна. Серебрянка испуганно поджала ногу. Пол был теплым, собранным из мягкого, янтарного камня. Старшая поманила за собой, и Серебрянка торопливо догнала ее.

Талулла повела рукой, отводя полотно входной двери, как занавеску. Серебрянка вышла за ней и замерла, разглядывая место, где оказалась. Они стояли на узком, в пару шагов, воротнике, изнутри окаймляющем жилую внутренность полого шара. От воротника этого спицами-стяжками шли мосты, ведущие к другой сфере — ажурной, точно исполненной из резной кости.

Серебрянка даже гадать не хотела, из чьей. Кость светилась изнутри — теплым, медовым золотом.

— И сколько таких…

— Семь сфер, — Талулла помолчала, давая ей возможность рассмотреть и оценить. — Мы насчитали столько. Наш прайд занимает только три внешних. Нас немного, маленькая сестра.

— Это вы построили?

Талулла покачала головой. Оперлась ладонями о перилу моста.

— Нет. Мы не знаем, кому изначально принадлежало это гнездо, и кто сотворил его. Мы заняли его, вытеснив конкурентов и живем здесь, в безопасности, укрытые от бесчисленных глаз охотников Башни.

Серебрянка вздрогнула. Талулла успокаивающе коснулась ее руки.

— Я вижу на тебе ее печать. Не бойся. Отныне ты с нами и никто из людей не тронет тебя против твоей воли.

— Подождите, подождите, постойте, но когда вы нашли меня, разве я была одна?!

Талулла брезгливо скривила темные губы.

— Ты была вся покрыта человеческой грязью. Мы помогли тебе очиститься. Мы нашли тебя раньше, чем это сделали люди. Истинная корабелла — лакомая добыча.

Серебрянка затрясла головой, вскинула руки:

— Нет. Погоди, погоди. Там был мальчик. Юноша. Первый, такой синеглазый…

Талулла отшатнулась.

— Ты носила на себе Первого?!

— Он мой друг! — Горячо вступилась Серебрянка. — Он помог мне бежать из Башни!

Талулла недоверчиво сощурилась:

— Что Первый делал в Башне?

— Он брат арматора!

— Брат?!

— Названый. Побратим.

Впервые Серебрянка видела кого-то в настолько глубоком ошеломлении.

— Невозможно, — тихо произнесла старшая корабелла, справившись с эмоциями, — так не бывает. Первые в Эфорате. Их дети — тем паче. Ребенок Первых не может быть побратимом Хозяина Вольеров. Из Башни невозможно бежать. Так заведено.

Серебрянка гордо выпрямилась.

— Вот она я, стою перед тобою. И я не лгу. Мне нужно знать, жив мой друг или нет. Я обещала помочь ему.

— Вернуться в Эфорат?

— Нет. Добраться до Хома Полыни.

Талулла помолчала, а потом беспомощно спросила:

— Вы там что, все спятили в этом вашем Луте?!