Онлайн книга «Тамам Шуд»
|
Проклятая уродина Башня пришла на помощь — а он и не звал. Арена остановился. Гаер вскинул тяжелую безмерную плеть, поразился небытийной легкости ея… Размахнулся и огрел выродка. — Я! Свист-удар. — Арматор! Удар-свист. — Хозяин! Башни! Казалось, плеть тяжелеет с каждым замахом, наливаясь, вызревая, напитываясь силой. Арена уже не пробовал защищаться, метался крысой, но и сам бежать не мог. Не пускал тинг. Шелухой слетела одна шкура, за ней вторая, третью спустила плеть… Все кончилось внезапно. Гаер не заметил, как оружие из его руки исчезло. Он остался один. Лежащее навзничь тело было мешочным, пустым — плеть Башни выбила из него всех и все. Гаер поддел парнину мыском, готовый пришпилить тварь Двухвосткой, буде култыхнется. Тело дрогнуло, как если бы что-то подтолкнуло его снизу, в живот. Гаер сделал шаг назад. Мертвое мясо еще раз пихнуло, нетерпеливо, почти опрокинув на бок. Прорвало бок, вышло бурое, костяное… Подкинуло труп, и пошло вверх, в рост, вширь; потянулись из плоти поверженной, из крови — рога Башни. * * * Было уже — когда другой снял с него фильтры. Так же чувствовал. Освобождение через боль. Стрела отомкнула что-то в нем, сработала — ключом, не орудием. Выпь не знал, убила она голосего или — преобразила. Тамам Шуд отступил, глядя на него — как впервые. Ты не Второй, сказал удивленно. — Уже нет, — сказал Выпь. Коснулся пальцами горла. Пульсировала тонкая мембрана, затягивая сквозную рану. Вот почему сиринкс ты не отыскал. Вот почему другие тебя не слышали… Кто ставил твой голос? Кто учил тебя петь? Кто дал тебе — Глас? Выпь не ответил. Разве не этого ты желал? Я дал тебе свободу. Ослобонил от всего и всех. Теперь никто не потревожит. Никто не отнимет. Твоя власть — твой голос. Ты составишь свою великую книгу существ, новую книгу глубины, и не будет людей, способных уничтожить их. Ты возглавишь их и поведешь. Выпь слушал его, слышал, но помнил — другое. Сиаль. Игру с нако. Слова, сказанные не им, но ему: «Проклянут твое имя…» Помнил темную глубь волос, темноту глаз, прохладу рук. — Мне это все не нужно, — сказал Выпь трудно. Чего хочешь ты, спрашивал его Оранжевый Король. Тогда он не ответил, тогда он — не знал. А теперь место рядом было пусто, и сердце его не билось, лежало мертвой птицей в костяной клетке. Я ошибся, молвил Тамам Шуд. Я ошибся, отвечал Выпь. — Возвращайся туда, откуда пришел, — сказал. Тамам Шуд попятился, но на краю колыбели успел поймать его за руку — пальцы оплели браслет из зеленых бусин. Желал удержаться или — утянуть с собой. Выпь качнулся, успел подумать — не дурная смерть. Браслет сверкнул улыбкой, живой змеей соскользнул с запястья, рассыпаясь в жерло колыбели. Выпь отступил, наблюдая, как золотой песок поглощает, скрывает. Возвращает. Закрыл глаза. Темно,подумал. Темно мне. * * * Как все закончилось, в какой момент переломилось — Волоха не заметил. Только вот бились, а уже в следующий миг армия Нума остановилась. Опустила знамена. А потом увидел, как тянется к небу, встает выше чадов — Башня. На площадке, в рогатом венце ее, застыл Гаер. В крови и изрезанной плоти, как в пурпурном одеянии. Вскинул руку, вздымая прихваченную за волосы отрезанную голову. Пегие космы, оскал… Отражение завопило на разные голоса, торжествуя, а Нум опустился, распластался ниц. |