Книга Игры смерти, страница 139 – Илья Те, Степан Мазур

— Альфу? — переспросила Ведьмочка.

— Это уже другой вопрос… мне… удалось с ней поговорить, — признался Тимофей. — Она взяла меня в плен и всё показала.

Все трое посмотрели на него.

— Пленнику? — уточнил скорее для себя адмирал. — Пленнику показала?

Тим кивнул, понимая, что показать ему могли лишь удобные вещи. Да и собственная память с фильтрами-барьерами, что принято считать критическим мышлением, на тот момент отсутствовала.

Поморщившись, Зевс покачал головой:

— Это нужно обдумать. А как там Дементий с Ленкой?

Зевс давно потерял интерес к происходящему и даже не смотрел в сторону крепости египтян-псоглавцев, где трупаки активно штурмовали крепость.

Но Тим молчал. Уловив это странное, затянувшееся безмолвие, Зевс поднял голову. Что-то было не так.

— Ты чего? — спросил лидер.

— Демон убил Ленку… — наконец, выдавил из себя хакер. — Игра влияет на его мозг больше прочих. Он снова спятил.

— У…убил? — тупо повторил адмирал, не в силах принять это как факт.

Ощущение тотальной ошибки едва не выбило землю из-под ног. Это ведь он взял его во Вторую Экспедицию. Он дал в руки оружие. Он доверил ему избранницу. А теперь… Теперь Демон снова проявил свою суть.

— Сука-а-а!!! — закричал адмирал и едва сам не бросился в ров.

Тим не двигался. Он видел только один «приличный» способ влиять на ситуацию: чтобы выжить, следовало вливаться в Игру всё больше и больше. СЛИТЬСЯ С НЕЙ. В том числе порождая гнев. Ведь гнев порождает гормоны. А чем больше мозг выделит для себя химического коктейля, тем ему проще будет на новых уровнях.

За размышлениями об этом, Тимофей развернулся в сторону «египетской» крепости. Картина пред ним и друзьями разворачивалась необычайная. Она навсегда отпечаталась в его памяти, как грандиозное, незабываемое действо.

Более тысячи мумий по-прежнему штурмовали замок. Сотнями они падали вниз, сгорали, лишались конечностей под ударами защитников. Но упрямо продвигались вперёд.

Под градом стрел единицы самых удачливых мёртвых пересекали ров, вгрызались в камень ногтями рук и ног. Особо настырные цеплялись даже зубами, до того был силён зов! Нечеловеческая сила и жажда гнала мертвецов к живым.

Гарнизон замка изнемогал, но без устали лились остатки масла на оскаленные лица нападающих и летели снаряды и камни. Игроки расставались с жизнями долго, мучительно, больно. Но всё-таки убить мумию было на порядок сложнее, нежели обычного человека. Искалеченные, изуродованные тела уже заполняли собой рвы цветными шевелящимися холмами. Но все, способные цепляться за стены, снова упорно ползти наверх.

Таким должен быть Игрок — стараться снова и снова. Лишь упрямые и упорные пройдут игру на высших уровнях сложности, стараясь вновь и вновь, пока не получится.

От увиденной картины Тима передернуло. Совсем недавно он сам сражался с зомби, очень напоминавшими повадками забинтованных мумий, и прекрасно помнил те ощущения, что испытал. Крепость «собакоголовых» могла рухнуть в любую минуту. Запасы стрел наверняка были на исходе. Очень скоро кто-то из мертвецов залезет наружу и тогда начнётся мясорубка.

Веда помрачнела следом за Зевсом, что места себе не находил. Посмотрев на подругу, спросила:

— Как ощущения? Каково это, быть призрачным. Или даже прозрачным? Парить меж мирами.