Книга Регенерация, страница 70 – Степан Мазур

Лена, осознав, что дело плохо, с разбегу пнула Дементия в спину. Удара имплантата с ноги хватило, чтобы недруг потерял равновесие и ткнулся лицом в бетонный пол. Но полностью упасть костюм не дал. Подставленные руки замедлили падение. Одним рывком Демон поднялся… И побежал на Лену.

Рывок Зиновия был стремительный, как и выброс адреналина в кровь. Не надеясь на таранный удар, он врезал металлическим кулаком в район бедра костюма. Это было наиболее уязвимое место, где у паха находился стабилизатор движения Саламандры.

Удар оказался мощным. Демон поднялся, но тут же зашатался. Ноги повело. Упал. Приподнялся, снова упал. Зиновий подскочил и врезал по спине — там, где хранилась батарея.

Костюм приглушил свет. Огни подсветки погасли. Аккумуляторные батареи после сотрясения принялись перезагружаться. На это требовалось некоторое время. Но его адмирал не дал. Схватив за шиворот и воротник костюма, Зиновий принялся разрывать его пополам, буквально выкидывая из него бывшего друга.

Без питания это было сделать не так сложно. Саламандра временно не сдерживала свою оболочку.

Дементий покатился по полу нагишом. Подскочив, он хотел было вновь броситься на врага даже с голыми руками, но тут подоспела Ленка, ребром ладони врезав по шее. Точно и надежно. Со спятившими людьми разговор у Смирновой был короткий.

Дементий осел на колени, затем рухнул на пол. Он оказался без сознания.

— Да что это с ним? Дикий какой-то стал. А был таким галантным мальчиком. Сгущенку мне отдавал на Варяге, — заметила Смирнова.

Зиновий, тяжело дыша, наклонился над телом. Принялся осматривать каждый уголок, ворочая Дементия как марионетку.

— Что ты делаешь? Может, оденешь его сначала? — спросила Лена, глядя как в конце коридора поднимается Ольха, приходя в себя.

— Это нетипичное поведение для него, — только и ответил Зёма, не обращая внимания на такие мелочи, как нагота друга. — Я ищу следы личинки. Не видишь ничего странного?

— Какая личинка? Его просветили, когда мы вернулись. Он чист. Отца потерял. Истерит, — сказала подруга.

— Нет. Он дрался, чтобы убивать. Это не истерика. Это осознанно, — ответил адмирал, продолжая обследование пальцами, которые ничего не ощущали по факту. — Ещё я ищу следы укола. Или чипа. Чего-нибудь. Должно быть логичное объяснение.

Зиновий осмотрел все тело с ног до головы и вздохнул.

— Ничего нет. Но что-то не так. Ещё одна деталька головоломки может помочь узнать, что им управляет. Почему он стал шпионом?.. Оль, ты там в порядке?

— Да нормально, — отмахнулась подруга. — Диафрагму больше не сводит. Дышится, правда, пока не так легко. Петь не смогу.

Зиновий поднялся, так и не обнаружив посторонних следов на теле. Вздохнул, понятия не имея, какой ставить диагноз бывшему другу.

— Оль, когда придёшь в себя, сможешь отнести этого дикого в лабораторию и привязать?

— Конечно. Хочешь взять анализы?

— Да. Проверь его на токсины. Обследуй мозг. Возможно, опухоль. Это похоже на ту ситуацию с галлюцинациями. С ним явно что-то не так. Он никогда не был таким. Я помню его… довольно давно. Мы знакомы пару лет. Заочно, но всё же.

— Поверхность нас всех в чем-то изменила, — прикинула Ольха. — До неё мы все были другие. Гнилье своё не показывали. Это теперь я смотрю на голых мальчиков и не краснею, а ты их вертишь, как ни в чем не бывало. Эх, испортила нас жизнь.