Книга Игры жизни, страница 146 – Илья Те, Степан Мазур

Вслед за звоном в ушах ощутила дикое давление на глазные яблоки. Словно кто-то решил выковырять их изнутри. Затем власть над телом как захватил посторонний! Меня подняло с пенька и шмякнуло о землю. Все мышцы вдруг сковало холодом, они напряглись как под действием сильного тока.

Напряглись и… расслабились. Тело вдруг снова перестало повиноваться. Ни рукой шевельнуть, ни моргнуть. Полная парализованность.

Ужас!

От этого ощущения даже пот выступил на лбу, и как назло зверски захотелось почесать нос. О, что за муки? Почешите кто-нибудь нос! Это сущая маленькая смерть.

Лежала я неудобно, и голова наклонилась набок. Взгляд упал на посох у пенька. По́том покрылось все тело.

ЧТО ПРОИСХОДИТ⁈ Посох ТЕМНЕЛ!

В свете костра мой светленький кусочек деревца с навершием из камня чернел, как будто в ведро чернил уронила. Меньше чем через минуту чернота поглотила и светлый камень. Посох перестал быть видимым в ночи. Потуши костёр и света скудеющей Длани сегодня не хватит, чтобы разглядеть его.

Улыбка растянула губы.

Моя странная улыбка, сродни звериной — первое действие, которое удалось обновлённому телу. Я подняла руку и посмотрела на тонкие пальцы. Ногти как чёрным лаком покрыли, и наряд сменился. От пальцев по коже потянулись чёрные нити, проявленные на коже, так похожие на татуировки чёрного огня. Эти нити сливались с тёмными рукавами и тянулись до плеч, а вместо открытого лёгкого наряда магички, поднявшись, я ощутила на себе обтягивающие чёрные одежды, выгодно подчёркивающие фигуру.

Рука потянулась к посоху и в костёр как стог соломы подбросили! Он вздыбился до неба, едва не опалив мне лицо. Я вскрикнула, выставив руки для защиты глаз. На костёр тут же как воды полили. За какие-то мгновения от столпа пламени не осталось и углей. Мир погрузился в темноту.

Но эта темнота быстро отступила. Словно преобразовавшись, она открыла свои тайны, и я увидела ночной остров в других красках: весь лес стал как на ладони, всё видно, как днём. Я легко разглядела даже абсолютно чёрный посох на тёмном фоне. Он лёг мне в руку.

В голове промелькнула вязь слов. Я повторила их вслух, не особо вдаваясь в смысл. Просто захотелось озвучить.

Посох оделся в тёмно-синюю вуаль. Его и меня окутало облако, разрослось, облепив каждую нашу частичку, и исчезло так же неожиданно, как появилось. Зато я ощутила, что голова прошла, а тело полно энергии, бодрости, силы.

— Вот здорово, — обронила я в темноту леса.

— Ну, не так здорово, как у меня, но с альвами лучше говорить тебе, — я услышала отдалённо напоминающий голос Дементия.

Из кустов ко мне приблизилось существо, больше напоминающее волка и медведя разом: голова звериная, псовая, а прочая часть тела почти человеческая. Существо стояло на задних ногах и имело внушительный, переплетённый мышцами торс, да порядочный уровень мохнатости. Шерстью заросло так, как и положенного медведю… или волку.

— Ммм, — протянула я. — А мы знакомы, мохнатенький?

— Да, причём давно. Мне досталась шкура оборотня, но в следующую нашу командировку ты можешь стать оборотнем, а я колдуном. Или кто ты? Чёрная колдунья?

— Дема, ты что ли? — удивилась я. — Это… точно ты?

— Смогу доказать только утром, — огорчился волчара-медведь и совсем по — человечески присел на пенёк. — Лидо сказала, что это только до утра. Утром мы снова будем прежними. И вообще я рад, что я не один преобразовался. Будет с кем у костра посидеть в ночи.