Книга Игры жизни, страница 13 – Илья Те, Степан Мазур

— Кто вы? — напрямую спросила одна из Леди Тьмы в обличии человека. Она закрывала обнаженные груди руками, топталась голыми стопами по снегу, но спрашивала понятно, громко и внятно.

— Люд деревенский! — прокричал один из юродивых, обращаясь скорее к своим бойцам. — Небесный отец даровал нам сегодня добычу в зиму! Низвергнем же нежить и обожрёмся их мясом в волю! А шкуры пустим на одежды, кости — на снадобья!

«Звучит как план», — невольно подумала Ведьмочка: «Но почему он мне не нравится?».

— Низвергнем нечистых, братья мои! — пылко прокричал другой, потрясая веригами. — Убьем их всех!

С этим криком — время слов завершилось.

С дикими криками масса людей обрушилась на оборотней, зажатых на единственной улице со всех сторон. Немногочисленные летающие темные магини (почти пара десятков) немедленно взмыли в небо. Но их сшибли стрелы и камни, пущенные человеческими лучниками и пращниками, все ещё остававшимися на закрытых «щитами» крышах.

Голых же дев ночи тут же пронзили мечи, копья и рогатины. Вот и выходило, что наиболее боеспособные игроки остались в зверином обличье.

Ведьмочка внимательно наблюдала за тем, как разворачиваются события. Зрение и слух её усилились в десятки раз. Но понять к чему движется вся картина было возможно и человеческими глазами.

Люди, устроившие ловушку, били скорее умом. Вместо того, чтобы превращать округу в бойню клыков и мечей, в ход шли сети, луки, копья, что держали зверьё на расстоянии. Притом маневр оборотней был весьма ограниченный, всех зажали на улицах между домов и методично истребляли с безопасного расстояния.

А если броситься в бой на стену, то тоже хорошего мало. Первый ряд занимали воины в кольчугах, с щитами и рогатинами в руках. Второй ряд — юродивые с предметами, от которых истекал обжигающий зверей свет. За ними толпились крестьяне.

Ослеплённые исходящими от книжных окладов лучами, оборотни всё же пытались атаковать! Но один из старикашек вскинул над головой книгу. И пространство вокруг озарилось пронзительным, ослепляющим светом, уняв прыть.

Под жуткими парализующими лучами, оборотни рухнули на колени. От былой ярости и жажды крови не осталось даже следа.

— Каждый, кто обратит свой взор к Свету, да будет прощён! — произнес вождь «святых» твёрдым, гулким, почти утробным голосом.

От тел магинь в небеса поднялось тёмное полупрозрачное пламя. Это грешные души словно выпаривались под действием священных лучей. Оставленные тела — волков, куниц, рысей, медведей и не обратившихся женщин, оседали на землю одно за другим. Впрочем, голых дев очумевшие от вседозволенности мужики насаживали на пики и без всякого света.

Тёмная сотня потеряла всякую боеспособность. Лучи воздействовали на тех, кто оставался в лике животных, нивелируя контратаку. Катаясь по земле, оборотни снова принимали в человеческий вид и только потом, превратившись обратно в прекрасных девушек, выбирали из двух зол — умереть от копья под сердце или «истечь» душой. «Какая жуткая смерть! — подумала Ведьма. — Но главное, в свете лучей невозможно перекинуться в зверя. Единственная способность, что давала слабым девушкам преимущество перед вооружённым врагом — сведена на нет. Лучи лишают нас силы!»

Сама она при этом, не в силах устоять на ногах, тоже обратилась в человека. И