Книга Небо под ногами, страница 95 – Арина Остромина

— Что с ними делать?

— Ой, да всё просто! – махнула рукой Крия. – Отнесёшь Даце, пока я в школе. Она всё высушит!

— А как я ей объясню, почему тут вещи Кортана, а не только твои?

— Да никак! Это её не касается.

— А если она спросит? – не унималась Эйна.

— Ну, тогда правду скажи. Что я тебя заставила их надеть.

— А потом? Когда она их высушит, как мне их вернуть в комнату Кортана?

— Так Даца сама всё и отнесёт! Она всегда так делает.

Эйна немного успокоилась, и они с Крией пошли завтракать. За столом не оказалось никого, кроме них, и Эйна вздохнула с облегчением. Ей казалось, что если она сейчас увидит Кортана, то так просияет, что всем всё станет ясно. А если увидит Госпожу Иделу и Господина Эграта, то смутится и покраснеет.

Помогая Ливе убрать посуду, Эйна спросила:

— А где остальные? Почему никто не завтракал?

— Да они ещё спят! Кто ж после праздника так рано встаёт? Только работники да школьники. Остальные отдыхают.

Эйна опять разволновалась: если все встанут поздно, то она может столкнуться с ними через час, когда отведёт Крию в школу и вернётся, чтобы отнести Даце одежду. Неприятно будет объяснять Госпоже Иделе, почему у Эйны в руках одежда Кортана.

Оставив Крию у школы, Эйна огляделась, но не увидела Фризию. Наверное, она привела Тину чуть раньше. Эйна быстрым шагом пошла к дому, стараясь успеть до прихода уборщиц. Не хватало ещё, чтобы они наткнулись на мокрые вещи в детской!

В квартире стояла тишина. Проходя мимо столовой, Эйна увидела, что остальные ещё не завтракали – Лива не убрала со стола пустые чашки и тарелки, вазу с фруктами, сыр, накрытый стеклянным колпаком.

Эйна подняла с пола мокрые куртки и штаны и тихо, стараясь не топать, прошмыгнула в боковой коридор, который вёл к хозяйственному блоку.

Даца что-то зашивала, сидя у стола.

— А, это ты, – сказала она, оглянувшись. – По делу или так?

— По делу. Крия сказала, что вы можете высушить одежду.

— Давай сюда. – Даца протопала к сушильной машине, распахнула круглую дверцу. – Сама положи. Что, в снегу вчера валялись?

— С горки катались. – Эйна не стала уточнять, кто именно катался. Кажется, Дацу это не интересовало.

— Я тоже вчера туда ходила. С внучкой. – Даца широко улыбнулась, полные румяные щёки приподнялись так, что глаза сузились и стали заметнее морщинки, расходившиеся во все стороны. Даца выглядела такой счастливой, что Эйна не могла не улыбнуться в ответ.

— Жалко, что мы там не встретились! Я бы посмотрела на вашу внучку! – сказала Эйна.

— Ну, может, в другой раз! Будешь ждать, пока вещи высохнут, или пойдёшь?

— А долго?

— Почти час.

— Нет, пожалуй, пойду! Дел ещё много.

— Ладно, тогда я сама потом всё разложу по шкафам.

— Спасибо! – И Эйна ушла.

Через стеклянную дверь кухни увидела Ливу. Та сидела на стуле, подперев голову руками, и смотрела в окно. Эйна не стала заходить к ней. К тому же из главного коридора послышались голоса, и Эйна быстро прошмыгнула в детскую, чтобы ни с кем не столкнуться.

Постучав в дверь, вошла одна из уборщиц, добродушная крупная женщина лет сорока. Они с Эйной иногда встречались по утрам, пока Крия была в школе, но Эйна не запомнила её имя, а переспросить стеснялась, поэтому почти никогда не разговаривала с ней. Иногда Эйне казалось, что её стеснительность принимают за высокомерие, но у неё не хватало сил и внимания на то, чтобы выстраивать отношения сразу со всеми, с кем она встречалась на работе. Решительной Эйна становилась нечасто – только когда дело касалось её личных интересов.