Книга S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш, страница 102 – Владимир Сухинин

— Как не искали? Искали, но Сталь из разведчиков, умел прятаться и все такое.

— Странно, что он тебя не убил, – разглядывая пленного обронила Эльза.

— Я ему служил как слуга, – тихо ответил парень. – Я это умею. В армии научился быть полезным, и дар у меня такой – быть полезным. Вот он меня и оставил, и прикрывался мной…

— Понятно, – вновь кивнул Саныч.

— Я и вам могу быть полезным… – Клещ стал заглядывать в глаза мужчины и девушки. Но Саныч уже блокировал его дары и не поддался очарованию.

— Конечно будешь, – ответил он. – Какие дары у кого из отряда?

— Вертлявый – сенс, но слабый, он из группы управления. В ней три человека. Сам Сталь – инвизор, уходит в невидимость. В группе управления еще предсказатель. Его так и зовут – Провидец, и это его дар: он может с большой вероятностью предсказать неприятности. Но в тот раз, когда мы напоролись на рубера, он оплошал. Еще он может найти скрытый предмет или человека. Разведчики – я и Ворон, мы сидим на посту и встречаем Гориллу. Мой дар вы знаете, Ворон был химерой.

— Это что еще за химера? – не выдержала Эльза.

— Он превращался: мог быть человеком, мог быть столбом, а мог быть зараженным.

— Иллюзионист? – спросил Саныч.

— Не знаю, я его видел в разных обличьях.

— Ладно, кто еще?

— Рейдовая группа из пяти человек. Там Веган – телепортист, Спартак – рукопашник. Палач – мастер пыток. Верблюд плюется кислотой, причем далеко. Глаз – стрелок, снайпер, замедляет время. Раньше были две рейдовые группы, но часть людей погибла… Группа снабжения – два человека: Вермут умеет доставать дефицит, а Торгаш умеет продать даже дерьмо.

— Ни фига себе у вас структура, – присвистнула Эльза, – даже роли распределены.

— А кто самый опасный в вашем отряде? – уточнил Саныч.

— Сталь и Палач. Сталь не промахивается, бьет в смертельные точки, он очень осмотрительный и скрытный, никогда не знаешь, что у него на уме. А Палач может навести боль на человека. Он может даже воздействовать на группу из трех-четырех человек и лишить их возможности использовать дары. Но на рубера это не подействовало. Хотя его убили и ушли от стаи зараженных.

— А кроме охоты за иммунными чем вы еще занимались?

— Ждали загрузки кластера, выдвигались на грузовике в поселок, окружали ментов в РОВД, запирали их в обезьяннике. Перерождение происходило примерно через два часа. За это время собирали оружие, продовольствие и набирали людей, загоняли их на стоянку автомашин, она огорожена, и ждали заражения. Зараженных расстреливали, а иммунных грузили на грузовик, отвозили к мурам. На саму ферму нас не пускали, мы на блокпосту производили обмен…

— А что, на развитых зараженных вы не охотились? – спросила Эльза.

— Редко. А зачем? Споранов и гороха хватало, получали от торговли оружием и людьми.

— А кому продавали оружие? – спросила Эльза. – Мурам?

— Нет, не мурам, в Железный лес, Горилле или арийцам, если набиралось много. Мы в этих краях обитали, далеко не уходили. Первым заскакивали в поселок, что за каналом, – три часа работы, и мы скрылись. Дружинники из Железного леса там появились через пять часов, когда уже заражение было в разгаре. Они сначала окучивали ближайший к ним поселок, он больше, чем тот, где «работали» мы. Правда, это я все слышал лишь из разговоров, сам не участвовал. Не успел.