Книга Пушки к бою, страница 40 – Владимир Сухинин

— А сколько их всего? — спросил Сюр.

— Всего было пять. Наивысшая пятая, но эта категория для Генерального штаба и научных военных лабораторий, для руководящего состава…

— Тогда у меня такое предложение, — сразу ухватив суть, ответил Сюр. — Надо опробовать методику на андроиде. Не торопись.

— Это как?

— Эдик стал старпомом. Вот с него и начнем. Когда я искал базу командира корвета, то видел в списке базу старпома с корвета. Без знаний военной специфики мы в реальном бою будем малоэффективны. Это я, брат, понял после того, как побывал на корвете. Вложишь ему базу, знания и опыт… Ну и посмотрим, как и что из этого получится. Если накосячим, удалим информацию. Ты отработай методику на куклах.

Гумар кивнул. С осуждением посмотрел на друга.

— Ты подаешь верные идеи, Сюр, но сам им не следуешь. Хорошо. Так и сделаем. Сейчас я закончу с энергетиком атомных реакторов и примусь за Эдика. А ты ложись снова в медкапсулу на реабилитацию. Плохо выглядишь, увидит тебя Руди и хм… снова захочет полечить… — Он многозначительно поглядел на друга.

Сюр ощутил вину и стушевался.

— Так ты все знал?

Гумар пожал плечами.

— Вы не очень-то скрывали свою связь.

— Прости, Гумар, я не хотел этого… но…

— Я знаю. Руди мне рассказала. Я не в обиде. Ты не хотел, чтобы наша коммуна распалась, и делал что мог… и как мог. — Он улыбнулся. — Тебе удалось ее сохранить, а это главное. Как я понимаю, у вас на Земле было несколько иное отношение к близости, чем у нас. У вас на первом месте чувства и любовь. У нас прагматичный подход. Так проще сохранить пары. Но иметь чувства, Сюр, это классно. — Гумар хлопнул удивленного его откровениями Сюра по плечу. — Иди отдохни, а я поработаю над твоим открытием.

Сюр молча кивнул и побрел в медблок. Он действительно чувствовал себя неважно, как выжатый лимон.

Механически разулся, залез в капсулу и лег. Мысленно дал команду на реабилитацию. Сон три часа.

Крышка закрылась. Сюр пару раз сделал глубокий вдох и отключился. На этот раз не было ощущения полета и покоя. Его затрясло. Не понимая, что происходит, Сюр открыл глаза. Приподнялся на локте. Кто-то с силой тянул и тряс крышку капсулы и хотел ее поднять.

Крышка посопротивлялась и поддалась. С натужным скрипом поднялась. Сначала Сюр увидел бледные руки с тонкими пальцами и накрашенными серым лаком ногтями. Затем в капсулу заглянула брюнетка в испачканном темном, в серых тонах платье с мокрыми разводами на животе. Красивая крепкая грудь почти вылезла из декольте и держалась в платье на честном слове. Волосы небрежно спутаны. Красивое лицо исказила гримаса ненависти. Заострила и до этого утонченные черты. Тонкий рот без помады стал почти безгубым и скривился на одну сторону. Она, подслеповато щурясь, всматривалась в глубину серого сумрака капсулы.

«Опять ты! Да что же этот такое?» — успел подумать Сюр, нимало не удивившись появлению жены Оверграйта на корабле. А женщина его узнала.

— Ты-ы-ы… — проговорила со свистящим хрипом женщина. — Видел меня и Мумбгара. Рассказал все мужу. Он бросил меня, а скотина Мумбгар не хочет знать ни меня, ни своих дочерей. Я осталась одна… Ты знаешь, что такое быть одной? Быть красивой, желанной, но только на час или ночь. Я позор для отца и своей семьи. А виноват ты. Тебе и исправлять…