Книга Молот заката, страница 128 – Владимир Сухинин

— Ни полуимпериала, уважаемый Раам. Я сделаю вам заказ на рабов-крестьян. – Антон снова стал вежливым. – На тех, кто умеет обрабатывать землю. По два серебряных таланта за мужчину, по одному за женщину и по полталанта за ребенка. Привезете – и сразу ко мне везите их. Или сообщите гонцом.

Раам внутри сильно обрадовался, но торговаться не перестал.

— Давайте условимся, ваша милость, так. Вы накинете на взрослых по таланту. Дети, так и быть, пусть будут по полталанта. И задаток…

— Нет задатка, Раам. Есть мое слово. Или ты не веришь моим словам?

В голосе Антона прозвучала угроза. Раам спохватился.

— Доверяю я вашим словам, господин, но, может, оставите мне этого раба? – Раам указал рукой на рыжеватого раба.

— Я всех покупаю, Раам. Он сильный рудокоп.

— Ладно, – махнул рукой Раам и подумал: «В конце концов, хорошие рабы не редкость. Найду себе еще». – Где ваш доспех? Хотелось бы на него взглянуть. – Раам не выдержал и алчно стал потирать руки.

— Сильтак, – Антон посмотрел на спутника.

— Сейчас покажу, – кивнул тот.

Раам осмотрел бронь и остался доволен. Это была отличная броня, превосходной выделки. И никто не скажет, что она принадлежала рыцарю Рассвета, но и никто не будет этого отрицать.

Внутри Раама запели птички радости. Он смог избавиться от худого товара и получить прибыль. Уж семь десятков империалов он за бронь возьмет.

— А может, – спросил он, – вы отдадите мне за крестьян броней?

— Можно будет об этом подумать, уважаемый Раам. Я погляжу на ваш товар. Стариков не вези.

— А если это будут семьи? – спросил Раам.

— Тогда вези, возьму по полталанта, как и детей.

— Я могу обернуться до зимы, – с надеждой в голосе произнес Раам.

— Управишься до зимы – добавлю талантов, – сообщил Антон.

Они ударили по рукам и разошлись довольные друг другом.

После длительного путешествия на корабле по большой, медленно текущей в море реке, Раам и рабы прибыли в порт Овельхольм.

Чем дальше корабль двигался на северо-запад, тем холоднее становилось. Ночью стелился мертвой гадюкой сырой туман. В трюме становилось холодно и сыро. Зато не задувал промозглый ветер.

Шургар велел всем рабам сбиться теснее в кучку и обнимать друг друга. Так, в обнимку, и засыпали. Больше всех от холода страдали трое пустынников, и их по приказу Шургара пустили в середину.

Отношения между рабами установились тесными и почти родственными. Каждый старался помочь другому. Шургар заботился о горячем питье и пище. Еда была однообразной – рыбья похлебка. Чтобы рабы могли согреть внутренности, ее всегда было вдоволь. Все это дало свой результат. Среди рабов не было заболевших и умерших.

Раам, довольный работой Шургара, выделил ему старую облезлую меховую безрукавку. В такой же ходил и трясущийся от холода Ибрагим. Холод его так достал, что он стал спускаться в трюм, где можно было спрятаться от ветра и дождя. Он грелся вместе с рабами. А Шургару нужно было решить, как поступить дальше.

Колдун Шузмарал не вылезал из своей каюты. Вместе с ним жил и местный темный колдун. Все путешествие, которое заняло почти десять дней, их не видели на палубе. Шургару было понятно – Шузмарал спал, а колдун охранял его сон. Сам инквизитор мог спокойно уйти в Овельхольме и последовать за колдуном, но он обещал помочь другим рабам получить свободу, и это удерживало его от побега. В конце концов, он решил, что если ничего не придумает, то убьет Раама и Ибрагима, уведет рабов из города и пристроит где-нибудь. Где – он не знал, но был уверен, что у него получится. Слаженная артель ремесленников многим может понадобиться, а деньгами они разживутся у Раама. Тот просто ночью исчезнет, и все. Никто не кинется искать пропавшего работорговца. С рабами ушел – и дело с концом. Главное, спрятать тело. Шургар достаточно хорошо изучил местные нравы.