Книга Вопреки всему. Том 1, страница 67 – Владимир Сухинин

— Зам по безопасности, – буркнул полковник.

— Да, я с ним уже беседовал, – ответил следователь. – Он дал показания, что никого не направлял в производственную зону, значит, это сделала дежурная смена контролеров, и я хочу получить журнал дежурств.

— Хорошо, вы получите журнал дежурств, но контролеры подчиняются командиру полка внутренних войск…

— Я знаю, – кивнул следователь и поправил очки. – Мне нужен журнал, чтобы я выписал повестку этим прапорщикам. Кроме того, я сделаю запрос на проведение психиатрической экспертизы Глухова на предмет вменяемости и степени его опасности для других осужденных. Уведомляю вас заранее. Где я могу получить журнал?..

— Сейчас его вам доставят, – невесело ответил полковник.

После ухода следователя начальник колонии по селектору приказал секретарю:

— Маша, соедини меня с командиром полка.

— Сейчас сделаю, Евгений Маркович.

В трубке раздались гудки, и твердый решительный голос произнес:

— Слушаю, полковник Капустин.

— Сергей Викторович, здравствуйте.

— Здоровее видали, привет, Евгений Маркович, что хотел?

— Хотел сказать, что у меня работает следователь прокуратуры.

— Кто такой и по какому поводу? – раздался вопрос в трубке черного служебного телефона.

— Герасимович Анатолий Валерианович, следователь районной прокуратуры. Из отдела по надзору в местах лишения свободы. Так вот, он утверждает, что твои контролеры нарушили режим и пропустили в производственную зону трех осужденных без разрешения и не вписали их в журнал. И он уверен, что эти осужденные порезали одного из новоприбывших осужденных. Он носом роет, понимаешь?

— Понимаю, – подумав, ответили с другой стороны. – Спасибо за информацию. А что говорит сам порезанный? Он хоть жив?

— Жив, говорит, что порезал себя сам.

— А это так? – вновь подумав, спросил командир полка.

— Не знаю, ведется следствие.

— Ну, я тебя понял, дорогой Евгений Маркович, приму надлежащие меры.

— Вот-вот, прими, дорогой, нам не нужны лишние неприятности. Он вызовет смену на допрос, забрал журнал дежурств.

— Понял, отбой, – ответил сухо командир полка.

Евгений Маркович положил трубку, достал платок, вытер вспотевшую шею и вновь по селектору вызвал секретаря.

— Начмеда ко мне, срочно! – приказал он.

Он просидел в размышлениях около пятнадцати минут, в кабинет постучали. Просунулась голова секретаря.

— Начмед прибыла, Евгений Маркович.

— Пусть войдет, и пока не беспокоить меня.

— Я поняла, Евгений Маркович, – голова секретаря исчезла. Дверь отворилась, и вошла Самыкина Светлана Алексеевна.

— Вызывали, товарищ полковник?

— Вызывал, Светлана Алексеевна, садитесь, есть разговор.

Он подождал, пока женщина в белом халате усядется, и спросил:

— Ну как там раненый Глухов?

— Нормально, выздоравливает, – ответила врач и пристально взглянула на начальника колонии. Тот завозился под ее взглядом.

— У вас с ним как? – спросил он. – Отношения нормальные?

— В каком смысле, товарищ полковник? – У женщины округлились глаза. – Он осужденный, я врач, я только лечу его.

Полковник поморщился:

— Я не в том смысле, Светлана. Давай говорить начистоту. Он вменяемый?

— Вполне, а что?

— Да то самое, что у нас работает следователь прокуратуры. Ты это должна была заметить.

— Да, он был в палате раненого, проводил допрос.