Книга Вопреки всему. Том 1, страница 180 – Владимир Сухинин

— Ты не предлагай, – решительно заявил полковник. Он был крупным мужчиной, полным, высоким, с мясистым лицом и подбородком, выпяченным вперед. Во всех его действиях и словах сквозила собственная значимость. – Дело делай, – он взглянул на часы, – мне еще домой ехать надо. Я засек, у тебя пятнадцать минут.

— Нет, пятнадцать минут это транса, гражданин начальник, – покачал я головой.

— Ладно, начинай свой фокус, Фокусник.

— Смотрите на мои руки, – попросил я и стал сжимать пальцы. Шиза создала мост между моим сознанием и его. Это она мне объяснила, как нужно вводить человека в транс и закладывать информацию на подкорку. Полковник сначала улыбался, потом лицо его обрело безмятежное выражение, и он застыл.

Я начал говорить слова:

Дом – house. Улица – street. Город – city. Страна – country. Мир – world… И так далее, самые простые, легко запоминающиеся. Он повторял за мной. Закончив перечислять слова и их значение на английском, я приказал повторить два раза, и он без заминки повторил слово в слово. Я щелкнул пальцами, и он вздрогнул. Его взгляд стал осмысленным, он поморгал, увидел меня и спросил:

— Ты что тут делаешь?

— Учу вас английскому, гражданин начальник.

— Учит он, голова только болит, шарлатан. – Он потер виски и подался вперед, его глаза гневно блеснули. – Сгною в СИЗО, – прорычал он. А я быстро спросил, как по-английски «мир».

Он, не думая, ответил:

— World.

— А улица?

Он ответил:

— Street, – и вытаращился на меня, как баран на новые ворота. – Это что, я знаю их значение? – произнес он.

Я поспешил закрепить успехи, буквально приказал:

— Скажите двадцать слов на английском. – Полковник без заминки повторил и уже ошарашенно на меня посмотрел.

— Это как, Глухов? – спросил он, не веря услышанному.

— Это наука, гражданин начальник.

— Ты этому в Афгане научился?

— Да, у буддистов, – соврал я.

— Ну надо же… Ты и мою дочь будешь вводить в транс?

— Буду, – ответил я.

— Тебя опасно оставлять с моей дочерью, Глухов, ты странный и непонятный…

— У меня справка есть, – ответил я.

— Какая справка? – вскинул брови полковник.

— Что я нормальный и неагрессивный, только склонен к депрессии.

— Ладно, по вечерам после ужина я буду привозить сюда свою дочь, и ты будешь учить английскому обоих: меня и дочь.

— Так не получится, – спокойно возразил я.

— Почему не получится?

— Потому что у меня нет для этого духовных сил. Только на одного человека есть.

— А ты знаешь такое слово «надо»? – вновь подался вперед Полкан, сверля меня злым взглядом.

— Знаю, но вы не сможете выжать из машины скорость больше, чем она может ехать.

— Ты не машина, Глухов, и был членом партии, а если партия сказала надо – значит, надо расшибиться в лепешку и сделать.

— Не получится, – вновь ответил я, – или вас, или ее учить буду, двоих сразу не смогу, даже если партия прикажет. Тем более что я исключен из нее, и она мне приказать не может.

— Она не может, я могу, – угрожающе произнес Хозяин.

— Понимаю, я в ваших руках, но что вам важнее: знание языка вашей дочерью или я в ШИЗО?

Полкан пробуравил меня взглядом и остыл.

— Ладно, – вновь сказал он, – займись дочерью под моим присмотром. Погляжу, что из этого выйдет.

— Приводите ее три раза в неделю…

— Почему так мало?

— Потому что она не выдержит нагрузку, и ее психика может перегореть.