Книга Принцип матрешки, страница 166 – Владимир Сухинин

— Как она? – спросил ее Шавга-ил.

— Какая-то странная… слишком веселая. Такое впечатление, словно она что-то задумала.

— Ты уверена? – озабоченно уточнил эльфар.

— Нет, но ведет себя так, будто чем-то обрадована. А чему в ее положении радоваться?

— Ну это понятно, – подмигнув ей, ответил Шавга-ил. – У нее была близость…

— С кем? – удивилась Рабе.

— Ты человечка. Не понимаешь снежных эльфарок, – тихо рассмеялся Шава. – Но мы, снежные, хорошо понимаем, почему меняется настроение у наших женщин. И кроме того, я подглядел. С ней близок был наш лорд.

— Да-а? А я ничего не заметила. Надо же, какой ты глазастый. И не стыдно было подглядывать?

— Нет, не стыдно, – невозмутимо ответил Шава. – Я сам хотел предложить милорду поднять таким образом нашей принцессе настроение. Но поверь, это ненадолго. Скоро она столкнется с новыми трудностями и позовет нашего господина опять. А милорд будет сидеть у ног ее высочества как собачонка.

— С чего ты это решил? – не поверила Рабе и нахмурила брови.

— У эльфарок есть такое свойство – привязывать к себе мужчин другой расы. Милорд – человек, и поэтому он тоже попадется в ее сети, но это даже хорошо. Быстрее поставит ее на престол… Она ест? – сменил он тему разговора.

— Ест и очень довольная, – хмуро ответила Эрна и поспешила удалиться. Затем связалась с господином.

Тот ответил не сразу.

— Чего тебе, Рабе? – спросил он.

— Хочу предупредить, милорд, Шава видел вашу близость с принцессой. Он подглядывал и говорит, что вы теперь будете как собачка у ног Торы и она будет вами управлять… И я боюсь, что Шава начнет трепать об этом повсюду. Может, мне его выпить?

— Нет, пусть живет. Да, я слышал о такой особенности организма снежных эльфарок. Ты, Рабе, молодец, что предупредила, но на меня их чары не действуют. А Шаве скажи – будет подглядывать, глаза выжгу. Начнет трепаться, язык вырву. Поняла?

— Так и передам. Но он хотел вам сам предложить иметь с Торой близость.

— Без него догадался, – с усмешкой в голосе ответил господин. – У тебя все?

— Да…

— Как Тора?

— Рада. Видимо, вы ей угодили…

— Хватит об этом, отбой.

Рабе вернулась к костру и прошептала:

— Я передала господину, что ты подглядывал. Он сказал, что если ты еще раз сунешь свой нос в его жизнь, он выжжет тебе глаза. А за сплетни вырвет язык.

— У тебя с ним есть связь? – не огорчился Шава.

— Есть.

— Хорошо. Передай, я не буду совать свой нос в его жизнь. Я преданный его слуга.

— Ага, только любитель подсматривать за другими.

— Лишь для дела, Эрна, не больше, – спокойно ответил эльфар. – Кашу будешь?

— Нет, сыта, – ответила Рабе и ушла побродить по лагерю. Посмотреть, послушать, что говорят простые воины.

Высокие планы бытия. Град на Горе

В Граде на Горе было необычайно тихо. Троица обалдуев – Рострум, Мастер и Мессир – не ловила Птица, а он не охотился за любителями шашлыка. Не было на этот раз и хранителей, и богини Маты. Видимо, убыли по своим делам. Внизу по улицам и площадям гулял народ. Все было до странности чинно и пристойно. Даже гимн «Славься», который часто звучал с моим прибытием в Град, не пели.

Перед тем как пройти в спальню с бассейном, я провел очищение идришей и уже полностью «кошерный» вошел в помещение через открытые настежь двери.

У невысокого резного стола, заставленного блюдами с яствами, на плетеных креслах с подушками сидели мои невесты, Ганга и Чернушка. Укутанные в простыни. Ганга выглядела хмурой и озабоченной. Чернушка ела грушу. На полу валялись предметы одежды Ганги. В стороне, на комоде, аккуратно сложены вещи Чернушки.