Книга Армагеддон, страница 64 – Владимир Сухинин

Пройдя через туннель, он понял, что сильно устал, и сбросил Рохлю на землю. Сев рядом с ним, он стал отдыхать. Около себя, справа под руку, положил камень – на случай, если Рохля проснется, он решил успокоить его еще раз. Курама просидел около часа. Рохля не приходил в себя, его дыхание было шумным и прерывистым, но глаза были закрыты. Отдохнув, Курама снова поднял Рохлю и понес его дальше.

К пропасти он подошел спустя полчаса. Она была неширокой, но перепрыгнуть ее было невозможно. Курама напрягся и, подойдя к краю, положил брата на камни. Он дал себе передышку, чтобы собраться с силами. Все нужно было сделать в правильной последовательности: скинуть Рохлю и произнести фразу «Это жертва», но даже на это у него не осталось сил.

Он просидел еще, не считая времени, и наконец решился применить ритуал выхода из лабиринта. Подойдя к Рохле, он подвинул его к краю и выпрямился. Он перевел взгляд на другой край пропасти, пару раз вздохнул и неожиданно почувствовал, как его ухватили за ноги и с силой дернули. Он упал, и нижняя половина его тела повисла над пропастью. Он лежал на спине и махал ногами по воздуху, стараясь ухватиться за что-нибудь руками.

Зашевелился Рохля и стал спихивать его вниз. Кураме не за что было держаться, он уже почти весь повис над пропастью и, схватившись за Рохлю, постарался удержаться. Но они оба начали сползать вниз, и Курама, понимая, что сейчас упадет и всем его планам придет конец, отчаянно закричал:

— Нет, Рохля, нет! Держись…

Но последние слова он уже кричал, падая вниз. За ним полетел в пропасть Рохля. Оба отчаянно кричали, понимая, что разобьются о скалы. Но в полете они зависли в темноте, и их выбросило в темное помещение. Оба упали на голый камень, но даже не ушиблись.

Курама первый пришел в себя и толкнул ногой лежащего в прострации Рохлю:

— Все из-за тебя, урод, – прорычал он.

Рохля, завизжав, вцепился ему в шею руками. Он сжимал пальцы, стараясь задушить Кураму, а тот пытался отодрать его руки. Кураме не хватало дыхания, и он ослабел. Решившись, он ударил пальцами по глазам Рохли, и тот, вскрикнув, отдернул руки и прижал к глазам.

— Я ослеп! – закричал он и зарыдал.

Курама выбрался из-под брата, пошатываясь, встал и направился на свет красного огонька. Он знал, что это снова начало лабиринта. Обреченно вздохнув, он вышел из небольшой пещеры и обомлел. Перед ним расстилалась пустыня, полная мелких вулканов, из которых вырывался дым и периодически выскакивал огонь.

— Где это я? – прошептал он.

Высокие планы бытия

Ридас не был доволен своим положением вассала. Хотя он и избавился от главы ковена магов, отправив его в лабиринт, и шансы на его выход оттуда были невелики, но его уязвленные чувства не давали ему покоя. Он стал вассалом, почти слугой. Был унижен и оскорблен.

Он понимал, что рискнул и проиграл, хотя казалось, что его планы сработали: противник был заточен в темницу, из которой не было выхода, и власть над всем Инферно почти была в его руках. Он мысленно искал, где допустил ошибку, но не мог ее найти.

Тогда он воспринял все случившееся с ним как досадную случайность, которая лишь отсрочила его восхождение к власти. Сейчас он копил благодать, которую забирал с островов, и начал создавать тайный культ поклонения низвергнутой богине смерти. Внешне он внушал ковену магов идею разрушения этого культа, но тайно поддерживал его, перенаправив оба потока благодати на себя.